Первое масляное пятно было обнаружено силами поиска недалеко от мыса Шарапов. Дальнейшая нумерация пятен всплывающего соляра из раздавленных топливных цистерн лодки (на карте № 1) дня точки предполагаемой гибели Д-1 у острова Большой Арский (где 18 ноября было найдено большое количество металла) не имеет ясного объяснения. Номера обнаруженных пятен соляра на 1-й карте возрастают с севера на юг. Получается, источник пятен может находиться в центре полигона № 6 на больших глубинах, где и необходимо искать Д-1. И это вписывается в «логику» 1940 года, что топливные цистерны советской подлодки разрушены на большой глубине. В случае гибели «Декабриста» на малых глубинах, то есть — в районе Большого Арского, его топливные цистерны (находящиеся вне прочного корпуса), скорее всего, были разрушены от внешнего воздействия (таран, взрыв мины, камни береговой черты).
Если бы у подводников была хотя бы малейшая возможность выйти на поверхность и (или) выпустить спасательный буй, то на поверхности залива не только нашли бы последний, но удалось бы и отыскать живых североморцев или хотя бы их тела.
Лодочная система регенерации воздуха в отсеках позволяла обеспечивать жизнедеятельность всего экипажа целых трое суток, а суммарный вектор течений в заливе имеет направленность к южному берегу залива. Трехсуточный срок жизнедеятельности подводников был фактически проверен в сентябрьском (1938 года) походе Д-1 на полную автономность. Кроме того, советский «Декабрист» стал первой подводной лодкой в мире, которая была оснащена комплексом аварийно-спасательных средств, сигнализации и связи со спасателями, а также — специальными средствами подъема лодки на поверхность. Над ее 4-м отсеком находилась прочная рубка, имевшая два входных люка (верхний и нижний). Эта рубка вместе с торпедными аппаратами в носу и в корме корабля при необходимости могла быть использована военными моряками как шлюзовая камера для выхода из затонувшей подлодки. Таким образом, возможность выйти на поверхность у подводников была!
Но почему же никто не воспользовался коллективными и индивидуальными средствами спасения подводников (ИСА) или не обозначил буем место корабля, лежащего на грунте? Ответ на этот вопрос позволят дать только осмотр и подъем «Декабриста» на поверхность. А пока попробуем предположить:
— подводники погибли от быстрого распространения забортной воды и поэтому остались в прочном корпусе на боевых постах;
— выход на поверхность оставшихся в живых членов экипажа был невозможен из-за большой глубины залегания субмарины на грунте;
— местом большого поступления забортной воды стал 4-й отсек, он же центральный пост «Декабриста» (одновременно отсек-убежище, содержащий централизованные системы: погружения, управления кораблем, шлюзования из затонувшей подводной лодки), где погибли весь командный состав корабля и рулевые, управлявшие горизонтальными рулями. Подводники, находившиеся в концевых отсеках, по какой-то причине не смогли самостоятельно выйти на поверхность. Реальность таких предположений подкреплена случаями гибели североморских подводных лодок: Щ-424 (20 октября 1939 года), С-80 (27 января 1961 года), подводного
В любом случае ясно, что катастрофа могла произойти как от перезаглубления Д-1, так и от внешнего воздействия на ее прочный корпус. Но в трех из четырех предложенных гипотез преобладает внешнее воздействие на корпус Д-1 при ее нахождении под перископом или при всплытии в надводное положение. Более того, в пользу версии о внешнем воздействии на «Декабрист» (при этом погибли сразу же и командный состав, и рулевые), и именно в районе 4-го и (или) 5-го отсеков, может говорить то, что по техническому проекту подводные лодки типа «Д» имели наибольший запас плавучести (45,5 проценте) среди своих современников. Это позволяло «декабристам» даже в случае быстрого поступления забортной воды сохранять способность «всплыть на поверхность при затоплении любого отсека» (включая и самые большие — торпедный (1-й) или дизельный (6-й) . Правда, лишь при сохранении у подводников возможности управлять горизонтальными рулями, а также решительных и правильных действиях личного состава центрального поста.
Найденный после катастрофы клин из обрешетки IV аккумуляторной батареи (находившейся в 5-м отсеке) указывает, что пролом в прочном корпусе подлодки был в 4-м и (или) 5-м отсеках. Да еще и в верхних четвертях прочного корпуса (В ином случае все предметы должны были остаться в корпусе лодки.) И наличие большого количества маслянистой жидкости, всплывшей на поверхность Мотовского залива, в какой- то мере это подтверждает (цистерны смазочного масла или масляные цистерны находились действительно в 5-м отсеке подводной лодки).
