– Ну… – прокашливаюсь я, – ну, допустим, не для мужа… но хотя бы для серьезных отношений.
– Где тебя воспитывали, Дженни? В каком монастыре?..
– В Шаолиньском, – отвечаю без улыбки.
– Это мужской монастырь, – играет бровями, – ты уверена, что все еще девственница?
– Уверена. Я берегу себя для особого мужчины.
– Как здорово, что ты его все таки встретила, правда?..
Продолжая обмениваться колкостями, доезжаем до ресторана «Мишель» и вместе заходим в небольшое уютное помещение.
– Ты заказывал здесь столик? – шепчу, заметив, что свободных мест практически нет.
Снисходительно на меня глянув, Данилов показывает хостес какую-то визитку, и та, услужливо улыбнувшись, кивает и ведет нас к столу у белого рояля.
Занимаю свое место и открываю меню.
Для меня цены шокирующие. Пытаясь не выдать замешательства, медленно листаю страницы.
– Я надеюсь, банкет за твой счет? – уточняю, вскинув на него взгляд.
– Разумеется, – внимательно смотрит на меня, – заказывай все, что хочешь.
– У меня хороший аппетит, – предупреждаю сразу.
– Я понял это по твоей заднице, Дженни.
– Никак не можешь забыть ее, Макс?
Крошечные, покалывающие кожу электрические заряды, проносятся по всему телу и отдают мелкой вибрацией в низ живота.
Данилов облизывает губы и, сложив руки на столе, подается ко мне через стол.
– Перед глазами стоит, – проговаривает тихо, – ночами снится… Как я разворачиваю тебя спиной к себе, ставлю на колени и…
– Заткнись.
– У меня встал, Дженни.
– Боже… – закатываю глаза, из последних сил пытаясь не выдать себя с головой, – извращенец.
– Если сегодня ты не поедешь ко мне, я найду, с кем скинуть напряжение.
– Меня будешь представлять?
– Ага… Есть у меня на примете пару брюнеток.
Максим.
– Говорят, сын, это отломанный ломоть, – говорит Дженни, засовывая в рот фисташку.
Завернутая в плед, она сидит на лавке беседки, установленной на крыше небоскреба специально для романтических свиданий. Пытался отговорить, потому что холодно, но она заявила, что никогда не видела Москвы с высоты птичьего полета.
– Не всегда, – замечаю я.
– Возможно, если у тебя папа нефтяной магнат, – хмыкает она, – а у нас именно так и вышло. Брат уехал работать на Урал, там женился, родил дочку и назвал ее в честь своей тещи.
– И что?.. Совсем не навещает?
– Раз в два – три года. Если в Москву по делам приезжают, то и к родителям крюк делают, – вздыхает с сожалением, – и то не всегда.
– Ты с ним часто общаешься?
– Не-а… говорю же, отломанный ломоть.
– Переживаешь по этому поводу?
Раскрыв скорлупки еще одной фисташки, она кладет ее в рот и пожимает плечами.
– Иногда я представляю, как это классно, иметь близкие отношения со старшим братом. Ходить с ним на вечеринки, знакомиться с его друзьями…
– Я могу познакомить тебя со своими, – предлагаю, вынимая сигареты из кармана куртки.
– Правда – правда?.. – замирает, глядя на меня во все глаза, – они тоже все сплошь олигархи и магнаты? Если да, то я согласна.
Прикурив, зажимаю сигарету в зубах и убираю пачку и зажигалку обратно в карман. Втянув первую дозу никотина, выпускаю струю дыма вверх.
– Замуж тебя никто из них все равно не возьмет.
– Откуда тебе знать? Может, сведу кого-нибудь с ума?
– Может быть, – бормочу я.
Холодает, и сидеть на ветру в открытой беседке становится некомфортно, но мне все равно хочется продлить этот момент, потому что, боюсь, после него Дженни сразу попросит ее домой отвести.
– Ну, а у тебя? Есть брат или сестра?
– Нет. Моей мамы давно нет, и у отца я тоже единственный ребенок.
– Как нет мамы? – переспрашивает Жанна, повернувшись ко мне, – почему?
– Болела сильно… – делаю затяжку и задерживаю дыхание, ожидая, что дым снимет напряжение в груди.
– Умерла?..
– Да.
– Прости… мне очень жаль.
– Сейчас у отца другая жена, и у нее есть сын от первого брака, но мы с ним близко не общаемся.
– Ясно, – тихо вздыхает она, – а что насчет девушки? Неужели у тебя никогда не было отношений?
– Почему же?.. Были.
– И?..
Проскальзывает мысль рассказать о Стефе, свадьба с которой должна состояться следующим летом, но, глянув в синие мерцающие глаза, прикусываю язык.
– Встречались – расставались. И так несколько раз.
– С одной и той же?
– С разными, – смеюсь, обхватывая фильтр губами.
– Бабник, значит?..
– Почему сразу бабник? Или ты думаешь, я должен был держать свое оружие непристрелянным?
– Ммм… так твоей будущей жене перед свадьбой следует проверить твой Кольт на пригодность, – проговаривает задумчиво, – вдруг от частого использования прицел сбился.
Смотрю на нее сверху вниз и, двинувшись ближе, обнимаю за плечи. Дженни тут же застывает.
Я, выбрасываю окурок и, склонившись, носом в ее волосы зарываюсь. Вкусно пахнет. Женщиной… Сексом…
– Моей жене не придется жаловаться, уверяю тебя, – проговариваю негромко, – оружие вовремя чистится и всегда в полной боевой готовности.
Подняв голову, она смотрит на меня. В глаза, на мой рот. Во взгляде замешательство, сомнения. Мечется между тем, чтобы оттолкнуть и тем, чтобы поддаться.
