— Ну чего тебе еще-то надо? Что ты все ищешь? — и глаза у нее при этом мокрые от слез, и держит она в дрожащих, нервных руках толстенное печатное издание — «Справочник телефонной сети» — и норовит еще раз ударить меня им по голове. — Отвечай, подлец, чей это телефон ты искал до двух ночи?!
— Какой еще телефон? — удивляюсь я, а в голове так и гудит то ли от прочитанного, то ли от ударенного. — Какой телефон? Я думал — это роман…
— Ах, роман! — вскипает жена и в сердцах так швыряет справочник на пол, что, кажется, в нем уже совсем не останется пыли.
— Не порть книгу, — сурово говорю я. — Она содержательная. Правда, персонаж пересыщен, но, в общем, вполне актуально.
— Идиот! — страшным голосом кричит жена. — Тебе уже все равно, что читать! Книги проходят через тебя, как овес сквозь лошадь! С тобой не о чем говорить. Ты опустился. Ты отупел от чтения! — она разражается слезами. — Я не могу больше так жить, Михаил!.. Я ухожу!..
Мне жалко ее.
— Маша, — говорю я. — У кого-то из классиков… Точно не припомню… Да и название позабыл… Так там одна замужняя женщина тоже ушла от мужа к одному офицеру… Как же его звали?.. Не припомню… Вроде бы Вроцкий… Так вот, ушла она к этому самому Вроцкому, и они вдвоем уехали за границу. В Зимбабве, кажется. Только все равно не было ей в жизни счастья, и она, эта бедная женщина, бросилась то ли в озеро Лох-Несс, то ли под скорый поезд. Это ужасно, Маша! Не уходи от меня, пожалуйста!
Вдруг заплаканная жена обвивает мою шею руками и шепчет:
— Бедненький мой! Прости меня, глупую… Читай себе, родненький, на здоровье, что хочешь. Я ведь знаю: ты затем читаешь, чтобы самому не думать. Потому что, если ты начнешь задумываться, это будет намного хуже!
Конструктора Сапожникова избрали председателем месткома. И вот сейчас он сидел у себя за столом и не знал, хорошо это или плохо.
Позвонил Сергей Иванович и пригласил Сапожникова на беседу. Войдя в большой кабинет, новый общественный деятель так съежился, что почувствовал, каким свободным стал на нем вчера еще тесный костюм. Сергей Иванович указал жестом на стул:
— Присаживайтесь, пожалуйста! Итак, Сапожников, поздравляю! Теперь, дорогой, ты — председатель нашего месткома. Таково, так сказать, мнение коллектива. Я ценю твою природную скромность, и, несмотря на это, мне все же хотелось бы дать тебе некоторые товарищеские советы. Работая с людьми, ты должен… понимаешь, быть увереннее, уметь требовать. Словом, быть председателем на уровне! Я тебя специально пригласил, чтобы провести с тобой небольшую репетицию. Представь на некоторое время, что я не начальник, а просто… отвлеченное лицо. Охарактеризуй мою работу с производственной стороны… Давай, Сапожников!
— Я… гм… то есть вы… нет… то, что вы делаете… Не могу! Не могу я!
Сергей Иванович испытующе смотрел на Сапожникова:
— Смелей, смелей! Главное, не стесняйся! Всякие там сентименты — в сторону!
— Я… это… про вашу работу… могу… не могу…
— Да что же ты, Сапожников! Тверже голос! Смотри собеседнику прямо в глаза!
— Мм… в целом… ваша работа… выглядит очень хорошо… и… э…
— Не захваливай! Это может показаться неправдоподобным! Немного критики!
— Хотя… в целом, конечно, ваша работа и выглядит неплохо, но… однако, например, в принесенном мною вчера проекте… вы не заметили… м… грубой ошибки…
— Молодчина, Сапожников! Вот это другое дело! Продолжай!.. А впрочем, насчет ошибки… Неужели не заметил? Странно…
— Нисколько не странно, Сергей Иванович…
— Отлично, Сапожников, отлично! Неплохо бы еще поострее!
— Последнее время вы часто не замечаете такого рода ошибок… Вы их просто не можете заметить!
— Что?
— Да что там говорить! В своих указаниях вы выглядите просто невеждой!
— Но, но! Нельзя слишком увлекаться! Такие обороты не всегда имеют успех!
