Я думал, что так я смогу прийти к другим мыслям, и человек знает, как помочь себе, но из-за громкости песен я просто не мог.
Остаток субботы я пролежал в своей комнате на диване и смотрел сериал True Crime, который в ближайшие дни мне, вероятно, придется посмотреть еще раз с самого начала, потому что в промежутках я дремал.
Вдруг меня осенила идея, и я проснулся.
Я не был уверен, была ли это самая глупая или самая лучшая идея в моей жизни, но, извинившись, я все равно почувствовал себя виноватым.
После того как я столкнул ее в воду, и она запаниковала, я только тогда понял, что натворил.
Я вскочил с кожаного дивана, пробежал через ванную и постучал в дверь. Постучав и выкрикнув несколько раз ее имя, я так и не дождался ответа.
Я приоткрыл дверь, но заглянул в пустую, темную, пахнущую малиной комнату.
Было два варианта: либо она внизу, либо Луны нет дома.
Спустившись вниз, я услышал звук телевизора в гостиной.
Луна сидела в портновском кресле на диване, и ее взгляд метнулся от экрана телевизора, висевшего на стене, ко мне, когда я вошел в гостиную.
— Тебе есть чем заняться?
Луна включила телевизор на беззвучный режим.
— Кроме как сидеть на диване и пытаться выяснить, кто убийца, пока это не сделало ФБР, нет.
Только сейчас я заметил блокнот на ее коленях.
Неужели она делала заметки во время просмотра криминального фильма, чтобы узнать, кто убийца?
— Надень что-нибудь удобное.
— А что я должна надеть?
— Например, леггинсы или что-то в этом роде. В которых ты сможешь двигаться, а потом подойти к джипу.
Внутренне я уже приготовился к спору, но Луна встала, выключила телевизор и пошла к лестнице.
— Я больше никогда не буду с тобой разговаривать, если ты будешь издеваться надо мной.
Я покачал головой и подождал, пока она исчезнет на лестнице, и я смогу пойти в подвал.
Это оказалось проще, чем я думал.
Все мои хоккейные коньки были спрятаны в подвале. Мама всегда хранила все аккуратно в коробках. Начиная с моих первых хоккейных коньков и заканчивая моими майками всех размеров и цветов, которые накопились за эти годы.
Это запомнилось мне с тех пор, как мама с папой разошлись, и вот как это было. Все было в беспорядке и в каких-то потрепанных коробках.
Это был абсолютный беспорядок.
Я достал коньки восьмого размера, надеясь, что они подойдут Луне.
Коньки были защищены защитой, и я надеялся, что они все еще острые и будут хорошо скользить по льду.
Потом я понял, что понятия не имею, умеет ли Луна кататься. Я почти ничего не знал о ней, кроме того, что она изучала спортивный менеджмент и журналистику, любила какао так же, как и я, делала заметки во время триллера и ненавидела бассейн в плавательном зале.
Я уже ждал ее в своем джипе и ненадолго обратился к мобильному телефону, где попросил у друзей ключ от ледовой арены.
Ключ от ледовой арены находится там же, где и всегда?
Хочешь показать девушке свою личную хоккейную клюшку?
Заткнись, блядь, хоть раз.
Просто скажи мне, где ключ.
Разве ты не занимаешься чем-то подобным, когда тепло?
Осторожно. Твой член замерзнет.
Похоже, у тебя есть опыт в этом деле.
И мы будем играть в хоккей, где ты занимался сексом?
Уф.
Кто-нибудь может ответить на этот вопрос за меня?
Лежит под камнем, как всегда.
Прежде чем трахаться на льду, у меня есть здравый смысл. Душевые тоже работают.
Согласен!
Ты извращенец.
После возвращения из Нью-Йорка Чарльз сошел с ума от разбитого сердца.
Чарльзу срочно нужны мозги в его пустой голове.
Мне нужна голова!
Я поставил телефон на беззвучный режим и заставил его исчезнуть в центральной консоли. Фонари на переднем дворе, которые включались автоматически при движении, замерцали, когда Луна вышла.
22. Луна
Я была в замешательстве.
Не только потому, что Уэстон вез меня Бог знает куда, но и потому, что я просто пошла на это, не думая и не обсуждая. Я сидела с ним в машине, хотя поклялась, что больше никогда этого не сделаю.
Это хорошо сработало.
— Ты готова?
— Не совсем, но разве у меня есть выбор? — Нервно сказала я.
Уэстон выехал с подъездной дорожки, и между нами воцарилась тишина. Возможно, действовало правило, что я никогда больше не сяду в его машину до того, что произошло прошлой ночью.
Я не знала, что произошло внутри меня, когда мы оба оказались в той маленькой кладовке, и он начал прикасаться ко мне.
Я не хотела даже вспоминать об этом, не говоря уже о том, чтобы думать об этом, потому что у меня не было бы ответа.
Возможно, пришло время признаться себе в некоторых вещах. Маршрут, по которому мы ехали, показался мне знакомым.
— Ты собираешься рассказать мне, почему мы едем в колледж?
— Я хочу тебе кое-что показать.
