Красавица и чудовище — сюжет старый как мир, но не перестающий волновать сердца. В мире женских грез водятся не только принцы на белых конях, но, к примеру, водоплавающие принцы, перепончатокрылые принцы, принцы-оборотни, принцы-демоны, принцы-горгульи и еще много-много всяких принцев, на любой вкус. В этой антологии собраны чудесные любовные истории, принадлежащие перу таких мастеров мистической прозы, как Келли Армстронг, Джанин Фрост, Мария Снайдер, Рейчел Кейн, Дина Джеймс и других.
Согласно достоверным источникам демоны — это новые вампиры. Паранормальная романтика все чаще смешивается с фэнтези, жанры вступают в некий симбиоз. Более того, существует множество блогов и веб-сайтов, которые посвящены разным проявлениям паранормальности и авторам, пишущим на данные темы. Их читатели и участники активно общаются и обмениваются мнениями. Например, в Живом Журнале есть сообщество «Клыки, шерсть, волшебство», появившееся благодаря Джанин Фрост, Кейтлин Китгредж и Мелиссе Марр. И это капля в море.
Энергичный и творческий диалог между читателями и писателями придает паранормальной романтике очарование и драйв. Сейчас не в моде писатели, творящие в отрыве от публики. Большинство «паранормальных» авторов открыты для общения и с благодарностью принимают любые вопросы и комментарии. Автор, пишущий в таком жанре, не запирается в башне из слоновой кости и имеет вполне человеческое лицо. Правда, прикрепленное к телу с переливчатыми крыльями эльфа.
Можно сказать, что у тех, кто пишет о паранормальном, самые лучшие фанаты. Читательская аудитория гудит от нетерпения, заказывая тот или иной роман. Люди делают себе татуировки в виде обожаемых героев. Когда вышел «Ашерон» Шеррилин Кеньон, один из постоянных покупателей моего магазина появился с точной копией Знака Ашерона — желтым солнцем, пронзенным тремя стрелами молнии, — на шее. Они не отказываются от кексов из-за «Палм-Бич-диеты». В их отношении к любимому жанру есть страсть: они по-настоящему ЛЮБЯТ то, что им нравится, а то, что не нравится, решительно отвергают. Разве это не вносит свежую струю в литературный процесс?
К созданию этой антологии мы привлекли не только авторов, пишущих вампирские любовные рассказы, но и писателей в стиле фэнтези. Не забыли и старого друга вампира (из предыдущей коллекции «Гигантская книга вампирской романтики»). Но к нему присоединились всевозможные суккубы, тюлени-оборотни (селки), русалки, вервольфы, ангелы, призраки, колдуньи, мелкие божества, горгульи, принцы-полукровки, джинны… Список далеко не полон.
Эта книга — возможность открыть для себя новых авторов или погрузиться в новые произведения давних кумиров. Где еще под одной обложкой вы найдете такую компанию известных публике и отмеченных критиками писателей? Романтика сверхъестественного процветает!
Как только Робин начинала кормить грифона, говорящая собака принималась скулить.
— Робин, ну пожалуйста! Док ничего не узнает. Меня никто никогда не угощает.
— Прости, Джонс, не могу, — сказала Робин грязно-серой дворняге, сидящей в стальном боксе за акриловым стеклом.
— Ну пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! — ныл Джонс, изо всех сил виляя хвостом.
— Нет, Джонс, извини.
— Это нечестно! Вон тех ты же кормишь на ночь.
— У них большие желудки, гораздо больше твоего.
— Ну пожалуйста, один разочек, и больше я никогда ничего не попрошу!
Это была откровенная ложь — дворняга и не думала прекращать канючить, а если бы Робин ей уступила, пес повел бы себя еще хуже. Впрочем, как быстро убедилась Робин, говорящая собака — создание гораздо более милое, чем неговорящая. Поэтому лейтенанту Робин Грин потребовалось призвать на помощь всю свою армейскую дисциплину, чтобы оторваться от беседы с дворняжкой и заняться другими животными.
Она щелкнула выключателем, и во втором помещении зажглось несколько лампочек. Этот бокс занимало существо с массивным, как у льва, телом, покрытым темно-рыжей шерстью, но с шеей и головой орла: темно-коричневые перья, сверкающие глаза и огромный хищный клюв. Когда зажегся свет, существо разинуло клюв и издало резкий короткий крик — что-то среднее между пронзительным писком и хриплым ревом.
Открыв маленькую дверку возле самого пола, Робин просунула туда поднос с парным мясом. Грифон с жадностью набросился на еду. Рыча, зверь разрывал мясо и заглатывал его большими кусками. Робин отскочила в сторону: сколько раз она кормила грифона, но до сих пор относилась к нему с опаской.
Взяв охапку сена, она подошла к третьему боксу и через боковую дверь вошла внутрь. Согласно инструкции входить в боксы запрещалось, но здесь она выпросила разрешение.
— Привет, малыш!
По деревянному настилу застучали копыта. Животное было примерно пятнадцати ладоней в высоту, с молочно-белой шерстью, раздвоенными копытами, густым ворсом под нижней челюстью и серебряным витым рогом посреди лба.
