При этом множество вопросов вызывает связь советских и немецких нетрадиционных
работ — как предполагают многие авторы [301; 302], такая связь имела место. Например,
первые послевоенные сообщения о влиянии импульсно-модулированного электромагнитного
излучения на слуховые ощущения человека относятся к 1956 году [230]. Однако мы знаем,
что собственная советская программа Турлыгина/Михайловского по исследованию влияния
ЭМ-излучения на мозг была закрыта ещё в 1930-е годы, многие учёные были
репрессированы [206; 303]. Откуда такой внезапный успех в этом направлении? Институты
фон Арденне и Герца работали в советской Грузии (Макс Штеенбок был разработчиком
первого бетатрона), в Грузии мы находим также следы ранних психотронных работ [304]. По
словам очевидцев, ещё в 1950-х в Агудзере проводились исследовательские работы по
гипнозу и сверхслабым излучениям биологических организмов.
Имеется описание того, что AEG поставляла оборудование для секретных проектов
типа «Колокол» [293]. Указывается, что немецкие специалисты из AEG, где и производилась
высокочастотная техника времён войны, принимали участие в становлении НИИ-160, позже
НИИ «Исток» [296]. Также приводятся фрагменты «Воспоминаний» академика
Н.Д.Девяткова:
«В нашем Наркомате электротехнической промышленности были получены по линии
военной разведки сведения, что в Берлине в подвалах Рейхстага обнаружено производство
секретной электронной аппаратуры. Руководством наркомата было принято решение срочно
командировать меня и А.П. Федосеева для выяснения, какая аппаратура там производилась
во время войны. Нам быстро присвоили воинское звание майор, выдали обмундирование,
вручили командировочные предписания и самолётом отправили в Берлин... После находки
СВЧ-триодов нам стало ясно, что найденные в Рейхстаге обгоревшие каркасы были
испытательными стендами этих ламп, а может быть, и какой-то другой радиоаппаратуры...
Третий отсек был забит различной технической документацией в толстых папках-
скоросшивателях. Такая плотная упаковка спасла документы от пожара, который, по-
видимому, был в этом помещении. Снаружи многие папки обуглились, но документы не
сгорели. В течение нескольких дней мы приходили в это помещение и знакомились с
документами. Много было технологической документации фирм „Телефункен" и „Сименс", а
также большое количество протоколов технических совещаний специалистов по
электронике, которые проводил доктор Штаймель... В дальнейшем вся документация была
вывезена, разобрана и использована...
Я приступил к исполнению обязанностей заместителя директора по научной части
(НИИ-160 „Исток") с 15 мая 1948 года... Тематика института была очень широкой. В плане
разработок значились не только СВЧ-приборы, но и электронно-лучевые приборы,
генераторные и модуляторные лампы, кенотроны, тиратроны, газоразрядные стабилизаторы,
резонансные разрядники, приёмно-усилительные лампы. Гамма приборов СВЧ включала
многие классы: магнетроны непрерывного и импульсного действия, клистроны генераторные
и усилительные, отражательные гетеродинные клистроны, лампы бегущей волны — входные
и средних мощностей, лампы обратной волны, амплитроны и другие усилители М-типа»
[296].
Интересно, что в другом интервью мы находим фамилию акад. Девяткова и упоминание
лампы обратной волны в совершенно других исследованиях НИИ «Исток»: «Семинар был
поставлен по инициативе Н.Д. Девяткова — члена-корреспондента АН СССР, научного
руководителя НИИ „Исток" (г. Фрязино, Моск. обл. — Прим. авт.) и заведующего отделом 16
„Сверхвысокочастотная электроника" ИРЭ АН СССР. Лампы обратной волны дали
возможность начать работы в нетрадиционном для радиоэлектроники направлении в
биологии и медицине. Первые очень интересные результаты экспериментов, поставленных
по предложению Н.Д. Девяткова и М.Б. Голанта, были получены в 1965 году, когда был
установлен резонансный отклик живых биологических объектов при воздействии на них
дискретными волнами миллиметрового диапазона» [305].
В других источниках [26] указывается, что высокочастотное оборудование НИИ
«Исток» использовалось в торсионных исследованиях 80-90-х годов. Очевидно, что эти и
другие факты допускают возможность того, что имеется связь между немецкими и
советскими нетрадиционными разработками. Это, в свою очередь, заставляет более серьёзно
отнестись к популярным мифам о психотронных разработках национал-социалистов.
Сходные данные поступают и с американской стороны, например, об участии врачей из
нацистских концлагерей в проекте «MKULTRA» и использовании психотропных и
высокочастотных техник в методах психического воздействия [306]. В целом интересным
