Алгоритм работы номадов-экспроприаторов предусматривает иной подход: максимальная скрытность и минимизация количества участников. Решая эту проблему, следует обратиться к логике. Масштаб и размах поисковых мероприятий будет зависеть лишь от значимости фигуры похищенного фашиста. Жизнь в современном обществе меняется настолько стремительно и калейдоскопично, что, в среднестатистическом случае, уход от погони — это 90 % успеха. Вал преступности столь плотно накрыл крупные города ФУРФ, что уделять время поиску заложника и раскрытию этого налета станут лишь до тех пор, пока это событие будет занимать верхние строчки новостных агентств. Далее рутина возьмет свое, и пыл правоохранителей рассеется. Какая-нибудь оперативная группа полицаев нового порядка будет возиться с этим делом в ряду десятков других дел. Лишь в том случае, если похищенным декларастом окажется фигура сверхценная для Кагала, можно опасаться его упорных поисков. Да и то, продлится это не более пары-тройки дней. Современный мегаполис невозможно держать в логистической блокаде слишком долго, так как снабжается он автотранспортом и никаких значимых запасов топлива и продовольствия не имеет. Если похищенный деклараст не входит в десятку топ-лидеров страны, то искать его прекратят через неделю максимум.
Другое дело, если похищенный окажется главою правящей партии, как когда-то в 1978 году в Италии Альдо Моро, или, как в 1969 году в Бразилии, послом США. Тогда следует ожидать, что город, где состоялся акт похищения, будет плотно блокирован и его прочешут команды карателей квадрат за квадратом, дом за домом. Следует правильно понимать суть проблемы и избегать подобных ситуаций еще на этапе замысла и планирования. В ситуации, когда истинной целью номадов является получение выкупа и финансирование каких-то своих частных и социальных задач, захват резонансного заложника является бессмысленным. Номадам гораздо разумнее похищать ради выкупа тщательно отслеженную и изученную конторско-воровскую крысу, которая контролирует в тихом кабинете большие денежные потоки и жирует на откатах. Какой-нибудь замглавы областного Пенсионного фонда или Фонда занятости контролирует миллионы и миллионы долларов, и о его махинациях практически никто не ведает, кроме его начальства в политических верхах, куда он переправляет мзду.
Ценность такой мишени в том, что он в своем статусе заложника никому не нужен, кроме самого себя, пары-тройки подельников по откатному ремеслу и, возможно, своей семьи. Ради столь отвратительной мерзости, как похищенный пенсионный вор и взяточник, никто не станет блокировать столицу РФ или Украины, никто не станет прочесывать поквартально, подомно, почердачно и поподвально десятки квадратных километров мегаполисов. Никто уже через полчаса даже и не вспомнит, как звали похищенную гниду, и никто не всплакнет, если номады его пристрелят, закопают в сырую землю или упакуют в какой-нибудь свежий бетонный фундамент.
Но вернемся к вопросу содержания под стражей реальной фигуры, которую не станут разыскивать десятки тысяч карателей. Где его можно держать так, чтобы никто не догадался, а вероятность раскрытия места заточения деклараста была ничтожно малой?
Вот как решили эту проблему «Красные бригады»:
И хотя его искали с огромным размахом, место заточения Альдо Моро, пока он там пребывал, правоохранители так и не обнаружили:
Следует, однако, сделать оговорку, что похищение Альдо Моро было заказано Кагалом и курировалось итальянской секретной службой, потому данные о ходе поисков и полицейских мероприятиях агенты итальянских спецслужб передавали «Красным бригадам». Безусловно, разыскивать даже очень богатого пенсионного откатчика в Киеве или Москве не станут даже 35 полицаев, не то что 35 тысяч! Его не будут искать и полсуток, а на третий день о нем забудут. Поэтому логика подсказывает два пункта, необходимых и достаточных, касательно месторасположения цугундера для деклараста.
