В дивном, упоительном плену я,Разлилася музыка окрест:Неземной прозрачностью волнуетЗолотой вечерний благовест.Позабыты прежние утратыИ мечты с несбывшимся разлад…Разве мы хоть каплю виноваты,Что в прошедшем задержался взгляд?С древней, в прахе лет, дороги.В перестуке тающем колёсМне послышалось, что беды и тревогиВечер за черту небес унёс.Теплится улыбка дорогая:Гаснет, разгорается, дрожит…В томном бирюзовом небе маяСтрелами проносятся стрижи.Над речною уходящей дальюСолнце заливает лаской плёс —Рыжими пахучими медамиПредзакатных светоносных слёз.Каждый звук плывет дрожащим комом,В золото окрашенным огнём.На крылечке перед старым домомМы как будто с вечностью вдвоём.1959 г.<p>В грозу</p>Мы с тобой удивительно быстро на «ты»Перешли, не заметив границ…Были губы горьки,Были руки просты.Почему это память хранит?Почему?Не представлю сегодня и ввек.Были сказаны тысячи слов,Но запомнил: дрожание легкое век,Шелест шёлковый колких кустов.Сушь. Томительная тишина.Ветер стих. Смолкли шорохи трав…«Ты – моя!Ты – моя!Ты – жена!А всё прочее – тлен и прах!»Ждали мы откровенья грозы,Тяготила никчёмность фраз.Грянул гром.Вновь бушующей страсти призывДокатился в мгновенье до нас.Сбросив наземь одежды свои,В откровенье любви ты не знала границ.Руки сильные ты обожала мои.На счастливом лице помню трепет твоих ресниц…1975 г.<p>Бабья доля</p>Стёрлось, смешалось, забылосьВ буйном наплыве дел.Счастье куда ты скрылось?
