Но бить я, разумеется, никого не собирался, да и вряд ли бы у меня вышло. Я человек мирный, даже смирный, и если поднимаю кулаки, то лишь для самообороны. Правда, в большинстве случаев выходит, мягко говоря, не совсем удачно. Особенно если нападающих больше одного. Сколько раз говорил себе – надо записаться в какую-нибудь секцию, но дальше этих разговоров с собой дело ни разу не продвинулось. Наверное, это все же не мое – бегать в потном кимоно, или боксерских трусах, или… в чем там еще можно бегать до седьмого пота?..
– Максим Александрович, вы меня слушаете?
– Да-да, конечно… – Я с сосредоточенным видом закивал. – Так что мне делать нужно?
– Ничего особенного. Зайдите в кабинет сорок восемь, сдайте там еще один анализ, и, если он окажется в норме, мы возьмем у вас плазму. Процедура эта длится немного дольше, минут сорок, но в общих чертах ничем не отличается от обычной сдачи крови. Никаких неприятных ощущений, некоторые даже легкую эйфорию испытывают. Вы согласны?
– Да, конечно. Документы мне забрать? – Я кивком указал на пачку бумажек в его руках.
– Да-да, возьмите. – Он протянул их мне. – До обеда вы уже вряд ли сдать успеете, там Анюта Смирнова сегодня дежурит, а она всегда на десять-пятнадцать минут раньше уходит. В кафе «Орион» обедает: знаете, может быть? Через два квартала от поликлиники. Там у нее мама работает. – Он вскинул руку, непринужденно сдвинул край просторного белого рукава и продемонстрировал мне неплохие часики. – Да, вам не повезло. Без десяти час. Уже, наверное, ушла. Ну, ничего страшного, – улыбнулся он голливудской улыбкой, так что я даже запутался, чему завидовать – дорогим часам или белоснежности зубов. Нет, у меня тоже зубы нормальные, но вот чтобы так… почти ослепляюще… Да и вообще, он прямо пышет – здоровьем, счастьем и плюшками. А на фоне меня это выглядит вызывающе… или, точнее, – подавляюще.
– Ну что же, жду вас завтра с утра.
Я поднялся и, попрощавшись, двинулся к выходу.
– И скажите там – у меня обед, чтоб никто не заходил, – добавил он, когда моя ладонь легла на ручку двери.
Кивнув, я вышел из кабинета и молча зашагал по коридору. «Глупо и по-детски», – тут же выругал себя. Потом он обязательно спросит: «Почему вы не сказали, я же просил?» Хотя, скорее всего, он попросту забудет. Это
Да что там – наверное. На него только взглянуть стоит, как сразу понятно – вот вокруг него мир точно вертится. Иначе откуда этот светящийся, уверенный в себе взгляд, счастливая улыбка…
У меня-то в жизни все совсем не так, чтобы светиться и улыбаться. Учебу пришлось отложить на неопределенное время, пока не наладится с финансами, работу потерял, первая и пока единственная моя девушка, с которой встречался почти год, ушла. Сказала, что разлюбила, хотя мне теперь все больше кажется, что и не любила никогда. А я любил, как идиот. Познакомился с ней как раз, когда она со своим парнем рассталась, и в одну секунду нахлынуло. Внешностью она немного похожа на Кэмерон Диаз, характером – капризный ребенок, но главное – голос. Или, точнее, голосок. Такой нежный и тоненький, что иногда мне было достаточно просто слушать ее, чтобы купаться в блаженстве.
А потом ее прошлому парню вдруг повезло, у него умерла бабушка, оставив внучку в наследство трехкомнатную квартиру. В нашем жестоком мире такое действительно рассматривается как чистое везение, не время теперь жалеть бабушек.
В общем, у ее прежнего парня сразу появился небольшой магазинчик, новая машина и кое-какая наличность. Ира, так звали девушку, тут же «разлюбила» меня и вернулась к бывшему, а я – в то одинокое существование, в котором и пребывал до встречи с ней.
Ну, разумеется, я ходил несколько раз выяснять отношения, как называла это Ира. Выяснять отношения… Никогда не понимал, что она имеет в виду, говоря так, потому что все выяснения всегда заканчивались ссорами. Неужели выяснить отношения – это значит поссориться?
Однако в этот раз все закончилось иначе – разбитым лицом. Ее новый-старый парень с дружком подстерегли меня возле подъезда и вдвоем так накостыляли мне, что я целую неделю не выходил из квартиры, ожидая, когда сойдут синяки.
А спустя эту неделю на меня обрушился еще один удар. Работа накрылась медным тазом, и виной тому был совсем не мой семидневный отгул, а давненько уже дышавшее на ладан захудалое рекламное агентство «Имидж-Плюс», где я числился специалистом по компьютерной графике. Вдобавок в тот же вечер позвонила хозяйка квартиры, которую я снимал, и намекнула, что ей через неделю понадобится предоплата за три месяца.
