Тьма еще никогда не была так уязвима перед Светом. Случайная встреча никогда не приносила столько опасностей. Цена ошибке - жизнь. Но можно ли устоять перед замыслом Эру? Можно ли противиться чувству, к которому не был готов? Может ли Тьма коснуться Света и выжить? Или же частичка Света есть в каждой, даже в самой темной, душе?
========== Часть 1 ==========
Комментарий к
1 год Древ=9,582 годам Солнца.
Валмар не зря называли Прекрасным. Яркий, блестящий, будто целиком сотканный из света, он был прекрасен настолько, что порой казался нереальным. Взлетающие к небу дворцы, прозрачно-ажурные, будто состоящие только из арок и окон, окружали пышные изумрудно-зеленые сады. Золотые ворота столицы Валинора покрывала тонкая резьба: изображения зверей и птиц, трав и цветов сплетались в изящные орнаменты. За ними начинались просторные улицы с дворцами, выстроенными из белоснежного, нежно-розового, сиреневого и бирюзового камня, многочисленные арки и колонны, беседки, скульптуры и фонтаны, сады, утопающие в сочной зелени, и клумбы с яркими цветами. Свет Древ озарял великий город, и казалось, что и все вокруг начинало светиться, и даже воздух был пронизан сиянием.
Валмар не зря называли Многозвонным. Россыпями сверкающих брызг взлетали к небу тысячи фонтанов, звенели птичьи трели и летел по ветру хрустальный звон колокольчиков — во всем этом многоголосье словно слышался отзвук Великой Музыки.
Мелькору, освобожденному из Чертогов Мандоса, не было дела до красот города. После двух с половиной веков тишины и сумрака Чертогов яркий свет и громкие звуки раздражали и причиняли сильный дискомфорт, заставляя искать тишины и уединения. Погрузившись в свои мысли, он медленно брел по Валмару. С одной стороны он не мог не понимать того, что ему дали второй шанс, хотя воспоминания о пережитом ради этого унижении и заставляли стискивать кулаки в бессильной ярости. Случись что — новых поблажек уже не будет, но с другой… Он до сих пор не мог простить Манвэ того, что Варда предпочла его. Любил ли Владычицу Звезд — он не знал, возможно, его влекла к ней лишь жажда Света, но горечь, гнев и обида от ее отказа терзали его до сих пор. Конечно, Манвэ ведь Король Арды, а он… Мелькор невесело усмехнулся — даже среди Валар лишь одна Ниэнна сочувствовала ему.
Сам того не заметив, он ушел на самую окраину города, пределы которого ему покидать было строжайше запрещено. Снова оказаться скованным не хотелось, поэтому Мелькор остановился и, вздохнув, опустился на траву прямо под раскидистым деревом, росшим у самой тропы.
— Почему ты грустишь? — раздался вдруг голос над его головой.
Мелькор на мгновение замер от неожиданности, потом поднял голову, вглядываясь в густую изумрудную листву. На высокой ветке дерева, оказавшегося яблоней, почти скрытая листвой, сидела девочка в простом белом платье, из-под которого выглядывали босые ноги.
— Что ты здесь делаешь? — удивился он.
— Жду, пока кто-то из братьев меня найдет, — со вздохом призналась она и, всхлипнув, тихо добавила: — Я хотела яблоко, но не достала, а теперь спуститься не могу…
— Помочь? — неожиданно для себя спросил Мелькор.
Девочка склонила голову набок, разглядывая незнакомца. Высокий, широкоплечий, с суровым лицом, обрамленным прямыми иссиня-черными волосами, он тем не менее неуловимо напоминал Владыку Манвэ.
— Ты не станешь ворчать, как мои братья? — на всякий случай уточнила она.
— Не стану, — усмехнулся Вала, вставая.
Зажмурившись, девочка выпустила ветку, за которую держалась, и спрыгнула вниз. Мелькор, собиравшийся просто склонить яблоню, даже растерялся, едва успев подхватить эльфийку на руки. Наконец он смог разглядеть ее: тонкая, как тростинка; ленту она, видимо, потеряла, толстая коса растрепалась, и удивительные волосы, будто впитавшие в себя свет обоих Древ, рассыпались по плечам; голубые, как небо, глаза смотрели на него доверчиво и с любопытством.
Осторожно опустив девочку на землю, Вала склонил дерево и, сорвав несколько крупных, румяных яблок, протянул их ей вместе с голубой лентой, замеченной на одной из веточек.
Во взгляде эльфийки, устремленном на него, читались восторг и неподдельная благодарность.
— Большое спасибо, — на ее лице расцвела чуть смущенная, но оттого не менее обаятельная улыбка, и Мелькор, не удержавшись, улыбнулся в ответ. Помолчав, она робко попросила: — А ты не мог бы помочь мне еще кое в чем?
— Если это в моих силах, — отозвался Вала. Хотя девочка и нарушила его уединение, он, к собственному удивлению, совершенно не был раздосадован.
— Ты ведь умеешь заплетать косы? — Она смотрела с такой надеждой, что ему оставалось лишь молча кивнуть и снова сесть на землю. Эльфийка доверчиво устроилась рядом, перекинув сверкающую копну волос за спину. Мелькор коснулся прядей, с удивлением отметив, что пальцы слегка подрагивают — плести косы кому-то, кроме самого себя, ему не доводилось.
Заплетя косу, он закрепил ее лентой, чувствуя себя странно и непривычно. Вот уж позабавятся Манвэ и остальные, когда им доложат о случившемся! В том, что за ним присматривают, Мелькор почти не сомневался.
— Еще раз спасибо! — Девочка обняла своего спасителя, на мгновение прильнув к нему, после чего, зардевшись, подскочила на ноги и, подобрав подол, бросилась бежать, оставив его растерянно смотреть ей вслед.
