— Ты не понял, Лир. — Покачал головой Т'мор. — Меня не интересуют протесты, бумажки и прочий дипломатический мусор. Вон, после Дола Шейн, Тсар но'Шаэр тоже отсылал ноту двуязыким, и что? Хоть одного из организаторов той бучи повесили? Нет, их даже не искали. Меня это не устраивает.
— И что, ты решил сам выступить в роли судьи? — Возмущенно встопорщив кисточки на ушах, проговорил рисс.
— И палача, если понадобится. — Абсолютно ровным тоном ответил он, и окружающих передернуло. Разве что Байда никак не отреагировал, да Асси все так же млела в объятиях Т'мора.
— У тебя же даже доказательств нет. — Поняв, что от своего решения арн не отступится, уже без всякой надежды в голосе, вздохнул Лир.
— А вот здесь мне понадобится помощь Байды. — Развел руками Т'мор, поворачивая голову к заинтересовавшемуся артефактору. — Помнишь тот обруч-фиксатор, что я таскал в подземельях? Сможешь сделать подобную вещь, только для записи мыслеобразов?
— Легко. — Байда растянул губы в улыбке. — Хочешь заявиться в тронный зал владыки эйре и продемонстрировать подвиги его подданных всему двору?
— Именно. Лучших доказательств и придумать нельзя. — Кивнул Т'мор. Окружающие переглянулись и…
— Один ты туда не пойдешь. — Голоса друзей прозвучали в унисон, и арн ошеломленно захлопал глазами. Наконец, до него дошел смысл ультиматума и Т'мор аж взвился.
— Да вы что?! А если кого-нибудь из вас убьют?! Нет, нет и нет! Забудьте. — Отрезал арн.
Гостиная потонула в возмущенных воплях. И еще добрых два часа, даже дворцовая стража старательно обходила покои протектора стороной, не желая попасть под горячую руку кого-нибудь из ближников владетеля Плато Ветров.
Их беседу прервали только один раз, да и то, когда спор уже утих и друзья перешли к конструктивному диалогу. Вломившийся в гостиную, командир гвардии Рейх обвел шалым взглядом комнату и, найдя Т'мора, протопал прямо к нему. Не доходя пары шагов до протектора, рисс одним четким движением вынул из набедренной сумки, украшенный одинокой печатью, свиток и протянул его арну. Тот, недоуменно пожав плечами в ответ на любопытные взгляды собравшихся, развернул бумагу и, потратив меньше минуты на ее чтение, поднял взгляд на молча стоящего перед ним, Рейха.
— Где он?
— Ждет ответа у телепорта торов. — Доложил гвардеец.
— Уникальный старик. — Покачал головой Т'мор, с легкой улыбкой. — Передай, что я буду рад увидеть его в своих владениях.
— Что там? — Ллайса не утерпела и сунула-таки свой любопытный носик в полученное арно письмо. Глаза ее округлились и она ойкнула. — Кажется, нашего полку прибыло… Но кто бы мог подумать, что у людей есть ТАКИЕ Видящие?
И закрутилась карусель. В этот день Т'мор так и не попал обратно в Эйреаллан. У него нашлись дела поважнее, чем болтовня с ла Сольвэйном. Впрочем, как и в следующую декаду. Конечно, ему было жаль тех усилий, что он уже потратил, выстраивая легенду странствующего монаха. Да и сама идея отвести, таким образом, подозрения от темных, была хороша, но… он не шпион, и просто не сможет находиться рядом с тварями, что устроили «сладкую жизнь» той же Ольде. Улыбаться и вежливо разговаривать с ними у арна не хватит выдержки, и никакая матрица сознания монаха не поможет. Она вообще, всего лишь ловушка для атакующих магов разума, а не подмена личности арна. А значит, в один далеко не прекрасный момент, Т'мор может сорваться и попросту испепелить все и вся, вместе со своей «легендой». И какой в этом смысл?
Вот с такими мыслями арн и занялся устроением своего «официального» визита в Эйреаллан.
Малый Совет Эйреаллана, как всегда, заканчивался приемом во дворце Владыки. Сегодня, здесь собралось без малого восемьсот представителей славных фамилий, не считая приглашенных глав синдикатов с семьями и доброй сотни ведомых хуманов-магов, давно перешагнувших Покорение и потому, заслуживших свое место при светлейшем дворе. Знатные, богатые и могущественные, гости с нетерпением ждали выхода Владыки. Предстояла самая помпезная и приятная часть приема — награждение отличившихся подданных и ведомых.
Протрубили фанфары, взмыла в воздух иллюзия государственного герба и рассыпалась сверкающими искрами. Огромные створки дверей разошлись в стороны, гвардейцы взяли алебарды «на караул» и в зал вошел Владыка Эйреаллана. Высокий, подтянутый мужчина в белоснежном, ничем не украшенном камзоле, с тонким золотым обручем на челе, быстрым шагом миновал склонившихся в поклоне придворных и, легко поднявшись на возвышение, уселся на мягкое сиденье трона. Ярче вспыхнули осветительные шары, отчего по блестящей бледно-зеленой обивке стен скользнули волны бликов и придворные выпрямились. Мастер Церемониала вышел вперед и, грохнув посохом о паркетный пол, уже открыл рот чтобы провозгласить начало приема, но…
