- Возможно, – бесцветным голосом ответила девушка, – но тогда я этого не понимала. Я долго плакала и кричала, что она предала меня. Что я могла бы помочь ей облегчить её страдания, помочь найти выход… но она выбросила меня за порог. Вообще, я проплакала тогда всю ночь, и Григор просто не знал, как меня успокоить. Он оставил меня одну, чтобы я сама подумала и разобралась, что чувствую. Спустя ещё три дня мы прибыли в Амбуру и остановились здесь. Я целый день провела в комнате номер два, пока Григор ходил по своим делам. Вечером, когда время было ко сну, он позвал меня вниз, там я и познакомилась с господином Овалом. Он сказал, что Григор рассказал о моей судьбе и что он не может дать мне ни крыши над головой, ни работы, чтобы я могла себя прокормить. Тогда господин Овал согласился взять меня на работу к себе, если, конечно, я была согласна, – Бальра усмехнулась и огляделась. – И вот, почти десять лет я уже работаю здесь. Иногда я думаю о том, как бы моя жизнь повернулась, если бы тогда я вернулась в дом Виолы, но ответа не нахожу. Со временем я поняла, что место моё именно здесь.
- Десять лет? – в удивлении протянул Джуба. – Но я думал, что ты моложе.
- Эта внешность останется со мной до старости. За четырнадцать лет, что я ношу амулет, я не постарела ни на день, по крайней мере, внешне.
- Вот оно что, – присвистнул ящер. – А я-то думал, что вы с Аль одно… – Джуба оглядел комнату и вскочил. – А где Алька?
- Да успокойся ты, – спокойно ответила Бальра. – Она на улицу… вышла, воздухом подышать. Видимо, ей от такой рожи совсем дурно стало.
- Я схожу, посмотрю, – встав из-за стола, сказал Лайт. – Может, ей помощь нужна.
- Иди, иди, – махнула девушка, – а мы пока с чешуйчатым тут чуть уберём. И ведь надо было тебе мебель ломать…
Сделав пару шагов, Лайт слегка покачнулся. Дойдя до середины комнаты, ощутил, как голова закружилась. Стены заходили ходуном. Лайт не знал, сколько точно они сидели, сколько выпили и съели, но судя по тому, как организм отреагировал на смену положения тела, довольно долго. Когда добрался до выхода и открыл дверь, в лицо помощника повара ударил холодный ночной воздух. Голова чуть прояснилась, ноги немного окрепли.
Искать Альку долго не пришлось. Она сидела на первых ступенях и смотрела в небо. Лайт не стал её звать, чтобы не пугать лишний раз. Он, не скрываясь, подошёл к ней и сел чуть в стороне, подняв голову к небу. Небо было безоблачным. Звезды усыпали его до самого горизонта, а кровавый диск местной луны светил как никогда ярко.
- Бальра, – спустя время заговорила тихим голосом Алька. – Она… в порядке?
- Более чем, – ответил Лайт. – Её амулет зачарован. Благодаря ему она может скрыть своё… настоящее лицо.
- Настоящее лицо? – в непонимании переспросила Алька.
Лайт кратко рассказал о том, как и почему Бальра из миловидной девушки сделалась воплощением ужаса. Алька слушала молча и лишь кивала. Лайт упускал многие… пикантные подробности, но основную суть передал.
- Вот оно что, – поникшим голосом проговорила Аль, когда Лайт закончил. – Я и не знала, что она пережила такое. А я сбежала… испугалась.
- Мы все испугались, – прокашлявшись, ответил Лайт. – Я… просто застыл от страха. Никогда в жизни я не испытывал такого сильного ужаса, который способен сделать тебя столь беспомощным.
- У меня… было такое, – с трудом проговорила Алька и поёжилась. – Десять лет назад… когда случилось восстание.
- Восстание? – удивился Лайт. – Здесь, в Амбуре?
- Ты же не бывал в восточной части города? Там расположен район совета и богачей, или как его называют местные, район узурпаторов. Там, за стеной, сидят те, кто правят этим городом. Они устанавливают законы, нормы жизни, по которым местные должны жить. Большая часть совета, богачей, и даже глава города, все они приехали из других городов. Они не ценят нас, коренных жителей пустыни, считают нас дикарями, и поэтому думают, что имеют полное право помыкать нами. Именно благодаря им в нашем городе всё ещё можно купить рабов. Это прибыльное дело, хоть и крайне мерзкое, но с этого они получают хороший процент. А когда им начинают задавать неудобные вопросы, они отмахиваются фразой: мол, они продают слуг, которые будут получать деньги за труды, – девушка зло усмехнулась. – Ложь чистой воды.
- Но почему так? – в непонимании протянул Лайт. – Разве никому нет дела до этого?
- Город, точнее восточная часть, процветает, рынок приносит прибыль, каменоломни – камни. В отчётах всё выглядит как нельзя лучше. Но народ, который живёт здесь и вынужден играть по правилам иноземцев, страдает. Нас загнали в маленькие дома, денег, что платят на каменоломнях, хватает только на еду, а чтобы начать торговать на великом рынке, нужно иметь связи в совете. Иначе твоё дело могут быстро прикрыть, а тебя отправить в дом тишины. Да и имея разрешение от совета, нужно платить налог, который будет превышать твою прибыль в несколько раз.
- Вот оно как. Значит, поэтому произошло восстание?
