– Практически все магнитные ключи внешне похожи. Более того, они частенько выходят из строя, потому что размагничиваются, особенно если часто ходить через рамку терминала.
– В нашем здании как раз есть такая рамка, правда, мой ключ ни разу не размагничивался…
– Такие случаи бывают, я слышала. Было бы неплохо незаметно поменять ключ Шадриной на любой другой. Она не сможет открыть им дверь и решит, что он просто размагнитился.
– А если она что-то заподозрит?
– Что она может заподозрить, если ты завтра расскажешь, что с тобой именно такой случай и произошел? Сотрудникам вашего бюро останется только гадать, кто следующий…
– Ну не знаю, конечно, я могла бы взять папин ключ и поменять его. Они действительно похожи. Но выдастся ли подходящий случай? Хотя… у нас сейчас две девочки в отпуске, так что народу в офисе мало. К тому же Зинаида Львовна часто оставляет сумку без присмотра.
– Надеюсь, камер у вас в офисе нет?
– Нет.
– А у Шадриной случайно квартира не поставлена на сигнализацию?
– Не думаю. В нашем здании есть охранная фирма, так вот оттуда приходили и агитировали ставить квартиры на сигнализацию. Зинаида Львовна отнеслась к этому весьма скептически. – После некоторой паузы Вероника пообещала: – Я постараюсь поменять ключи.
– Ника, я тебя очень прошу – будь осторожна. Лучше откажись от этой затеи, если не уверена, что сможешь осуществить ее безукоризненно, – наставляла я Нику, догадываясь, что Ярцев будет в бешенстве, если узнает об этом. – И не забудь о своих «пальчиках». Протри все платочком.
– Да-да, я понимаю, что сделать все надо аккуратно.
– Антону лучше ничего об этом не говорить, – добавила я.
– Я уже поняла, – Ника вздохнула. – Он всячески хочет оградить меня от любых неприятностей. Только Антоша забывает, что все это прежде всего необходимо мне самой. Я должна отомстить за папу. Пока я этого не сделаю, ни о какой свадьбе не может быть и речи.
В отличие от Ярцева я с уважением отнеслась к такому решению. Пообщавшись еще немного с Булатовой, я поехала домой.
– Поля, ну наконец-то! – Нечаева вышла встречать меня в прихожую. – Ты даже не представляешь, как я вымоталась! За этими строителями нужен глаз да глаз! От них нельзя отойти ни на шаг.
– Алина, не стоило так глубоко погружаться в эту тему. Я пригласила тебя сюда только для того, чтобы рабочие, зная, что они не одни, не шастали по всему дому и не играли в домино вместо того, чтобы заниматься делом.
– А почему ты сразу мне об этом не сказала?
Я не успела ничего ей ответить, потому что на лестнице показался Кузьмич.
– Полина Андреевна, как хорошо, что вы вернулись. Мы на сегодня закончили работу. Смотреть будете?
– Обязательно! – Я поднимаюсь на второй этаж. Зайдя в свою комнату, я поняла, что за сегодняшний день там мало что изменилось. – Так, я что-то не поняла…
– Ребята, выйдете отсюда, – бригадир спровадил своих подчиненных в коридор. Закрыв за ними плотно дверь, он, несколько смущаясь, стал говорить: – Полина Андреевна, вы меня, конечно, извините, но я скажу, как есть. Вы больше свою сестру к нам не присылайте!
– Это почему же?
– Загоняла она моих мужиков, понимаете? Что она им не скажет, они готовы все тут же выполнить. Заставила двор убирать – они взялись за веники, сказала мебель передвинуть – пожалуйста. Завтра она прикажет им сигануть с крыши вниз, и они друг за дружкой прыгнут, лишь бы ей угодить. А знаете почему?
– Почему?
– На ней же юбка такая, что короче, наверное, не бывает. А кофточка… она же ей мала – пуговицы того и гляди расстегнутся. Вот они и ловят моменты, идиоты! – по-простому объяснил мне ситуацию Кузьмич. – Мое слово против ее не котируется. Знаете, что, если вам с Аристархом Владиленовичем понадобится на весь день отлучиться, отлучайтесь. Я лучше сам прослежу за порядком. Гарантирую. Так больше толку будет, нежели ваша сестра опять станет моих архаровцев искушать.
– Я поняла вас. Рабочий день окончен. Жду вас завтра, – не отличившись многословностью, я вышла в коридор.
– Скажите, а завтра Алина придет? – спросил меня невзрачный мужичок лет сорока, который заменил Михайлова.
– Вас это не должно волновать, – строго сказала я и стала спускаться вниз.
Судя по работающему блендеру, Нечаева была в столовой.
– Ну как там дела? – спросила она.
– Все нормально. Спасибо тебе, что выручила меня.
– Пустяки, обращайся. А я вот тут смусси решила сделать. А то весь день на ногах, даже перекусить было некогда. Будешь?
– Не откажусь.
– Поля, я подумала, если завтра снова надо последить за твоими рабочими…
– Не надо, – перебила я свою подружку, бестолковый энтузиазм которой удлинил мой ремонт минимум на один день. – У меня будет к тебе другая просьба.
– Какая?
– Практически каждый день сын Аристотеля бывает в седьмом микрорайоне.
– Это такая глушь! Помнишь, мы к нашей химичке туда в гости ходили, когда она ногу сломала?
