Мне память – что гурманамКумин и эстрагон,В ней ходит атаманомСерёга Ветрогон.Сергей не за понюшку,В моём большом дворе,Легко пускает юшкуСопливой детворе.Люта у ВетрогонаУлыбка и слеза.А на груди – корона,На пальцах – два туза.Кривит, как взрослый, губы,Глотая самогон.Хоть чёрту врежет в зубыСерёга Ветрогон.Со злой, у глаз, морщинкой,По снегу, по траве,С голодной рыщет финкойВ потёртом рукаве.Мне память – как железо.И как у зверя гон.Слыхал я – из обрезаЗастрелен Ветрогон.Что сам он выбрал средствоЗемной закончить путь.Серёгу, словно детство,Легко мне вспомянуть.Ах, детство. В море мглистомТы камень бел-горюч.Приехал я туристомНа монастырский ключ.Вдруг в церкви на скамейке,Под золотом икон,В потрёпанной скуфейке…«Серёга? Ветрогон?»Сидел он, чуть сутулясь.А прошлое текло.Сказал: «Вы обманулись».И посмотрел светло.<p>Там, где двое – во имя твоё</p><p>«Люди, верьте иль не верьте…»</p>Люди, верьте иль не верьте,Я узнаю со спины:Руки коротки – у смерти,Ноги – осени длинны.Трёт покуда смерть ручонки,Ходит где-то по гробы —Ноги длинные девчонкиУвлекают по грибы.В лес ведёт она спросонок,Только вы о том молчок!Груздь проснулся октябрёнокИ зевает – дурачок.<p>Сочельник</p>
Юлии
Чаёк на кухне с имбирём.Канун. Сочельник.И ничего не заберёмМы в понедельник.Друг-другу мы с тобой вот-вотПростим ошибки.Ко мне плывёт Чеширский КотТвоей улыбки.Порой, у нас, как номер шесть,Ума-палата.Но в ней мы делим всё, чем днесьДуша богата.Лишь тело стало чуть бедней —Никак не скрою,Что мы с тобой уж сорок дней,Как брат с сестрою.С утра надежды лучик твёрд,С ажиотажем —Так, что в багете натюрмортГлядит пейзажем.Горит на нём с утра звездаНад головами.И едут, едут поездаЗа ней с волхвами,Везут с мороза РождествоИ запах лета,В котором больше ничегоНет, кроме света.<p>«Где мы с телом кукуем вдвоём…»</p>Где мы с телом кукуем вдвоём,Кособоким вороним гнездом,Окружённый густым купырёмНад рекой накренился наш дом.А в дому только печь да кровать,И остыла в печи головня.У меня нет причин горевать —Тело любит как может меня.И гуляет по мне его плетьИз огня да опять в полымя,Неповадно чтоб было и впредь —Тело держит за горло меня.Но ночами, осоки острей,Песня режет ходы в кулаке,Прорезается из купырейТам, где небо склонилось к реке.И когда тело в пьяном бредуВ сапожищах ползёт на кровать,Я её за калитку ведуВ непроглядную ночь куковать.<p>Мальчик и река</p>
