Дядя Дима между тем подошёл к самой воде и, тщательно вытерев руки о подол ватника, уцепился за влажную поверхность скал. Светке сделалось не по себе, и она вдруг окончательно представила себе, что та затея, в которой она принимала участие, была вовсе не похожа на какую-нибудь прогулку.
-Папа, я не хочу туда лезть, - прошептала девочка и тут же затормозила. Она с ужасом смотрела на серые скалы, окроплённые проплешинами тёмно-зелёного мха, и стремительно несущуюся в непосредственной близости от них воду.
-Света, там ступеньки есть, - папа присел рядом с дочерью на одно колено, отчего чайник в его руке протяжно звякнул дном о скалы.
Девочка вздрогнула и отрешённо покачала головой.
-Что происходит? Почему мы должны идти именно тут? Разве нельзя подняться где-нибудь ещё? – она топнула ножкой, показывая своё несогласие со всем происходящим, и надула губы.
Папа глубоко вздохнул и посмотрел Светке в глаза.
-Мне, правда очень жаль, что приходиться идти тут и заставлять тебя испытывать страх, - он помолчал, собираясь с мыслями, после чего продолжил: – Но другого выхода и впрямь нет.
-Этого не может быть! – упрямо воскликнула девочка. – Ты просто хочешь там что-то увидеть, ведь так?
Сергей сжал губы и приобнял дочку.
-Да я уже давно ничего не хочу, - вздохнул он. – Но только тут мы сможем подняться наверх. И ты мне обещала, что будешь слушаться. Помнишь?
Светка недовольно кивнула. Она вытерла нос и снова посмотрела в сторону массивной скалы.
Дядя Дима медленно поднимался по крутому склону, в котором и впрямь были продолблены ступеньки для ног, так что великан имел возможность даже периодически оглядываться на своих спутников.
-Ну вы идёте или нет? – послышался его раскатистый голос, отражённый многократным эхом от громоздившихся друг над другом скал.
Сергей помахал ему рукой и снова обернулся к дочери.
-Я буду постоянно держать тебя за руку, так что ничего плохого не случиться, - он убедительно кивнул и улыбнулся, стараясь как можно тщательнее поддержать девочку. – Это только со стороны выглядит так страшно. Потому что рядом и горы, и подъём, и вода – а когда ко всему этому прикоснёшься, то от страха и следа не останется!
Папа поднялся с колена и, ещё раз улыбнувшись, осторожно потянул Светку к скалам. Девочка зажмурилась и неловко ступила вперёд.
Два метра вверх по скалам, рядом с бурлящим ручьём заняли какие-то мгновения, и Светка не могла понять, чего она так сильно боялась вначале. Да, грубые, неотёсанные ступеньки, выдолбленные непосредственно в камне выскальзывали из-под ног, однако делали это совершенно не так стремительно, как казалось со стороны. Девочка придерживалась уверенной руки отца, поднимавшегося впереди неё, и даже успевала крутить головой по сторонам, приходя в неописуемый восторг от открывавшейся перед глазами картины.
«Это вам даже не 3D в кинотеатре смотреть! – скакали назойливые мысли. – Это куда как круче!»
В лицо стремительно ударялись мелкие капли воды, под пальцами ощущалась скользкая прохлада покрывавшего скалы мха, а над головой возвышался необъятный массив, который по-прежнему не желал отступать перед жалкой горсткой упрямцев, решившихся бросить ему вызов! Откуда-то сверху в уголки глаз самым непостижимым образом заглядывало голубое небо, на котором не было ни единого облачка и от этого ощущения в груди приятно щекотало, а желудок стремительно уносился вниз, замирая где-то в районе пяток. Светке в какой-то момент даже стало казаться, что над горой снова повисло ужасное сияние, которое и влечёт их к себе. Однако небо было чистым, и всё стремление вверх было вызвано только сознанием девочки, а ни чем-то прибывшим извне.
Подъём закончился, не успев толком и начаться. Светка разогнулась на небольшом выступе, с которого низвергалась вода и быстро оглянулась. Чуть левее, в стороне, возвышался домишко, так благодушно приютивший их на ночь. На своих четырёх лапах он напоминал добродушного краба, выползшего из реки, чтобы погреться на солнышке. Девочка даже улыбнулась от возникшего в её голове сравнения и тут же почувствовала, как мучавшие её совсем недавно страхи отступили прочь, спеша как можно скорее забиться в многочисленные трещины и расщелины, извивающиеся среди скал.
Впереди и справа, насколько хватало взора, располагалось русло ручья, которое на некотором отдалении вдавалось в заводь реки. По водной глади продолжали бегать стремительные мурашки от налетавших порывов ветра, а над противоположным берегом поднималась еле заметная дымка, оставшаяся после утреннего тумана. От всей этой красоты жить захотелось с новой силой, и Светка медленно почесала затылок, стараясь как можно тщательнее запомнить небывалый пейзаж.
-Света, идём, - поторопил её папа и снова потянул за руку.
