На ее похоронах будет не так и много людей. Родители с трудом смогут принять то, что их малышки больше нет. Артем будет мрачнее тучи, не в силах сдерживать слезы, он просто зарыдает в плечо Игоря, который и сам готов пойти вслед за подругой. Саша посмотрит на нее в последний раз и поймет, что лишился той единственной, с которой мог провести свою жизнь. Ее больше нет. Остались лишь воспоминания о той озорной Вете, которая привлекала всех вокруг своими шутками. Никто больше не услышит ее веселый смех, никто больше не сможет ее обнять. Артем больше никогда не сможет рассмеяться над ее шуткой о сольном концерте для мочалок, он, кажется, в принципе не сможет больше петь в ванной. Игорь больше никогда не сможет носить ее на руках, привозить ей фрукты и просто слушать ее рассказы о чем-то, что беспокоит. Саша больше никогда не сможет поцеловать ее мягкие губы, обнять посреди ночи, прижаться, чтобы чувствовать себя лучше. Никто больше не сможет послушать, как она поет и играет на гитаре. Никто больше не увидит ее. Никогда.
— Я же просил ее не оставлять. Я же просил не нарушить режим. Головин, ты понимаешь, что из-за этого началась депрессивная фаза, — крикнет Дзюба, а после ударит футболиста по лицу. Он никогда не сможет простить ни себе, ни Саше смерть сестры. Артем будет рыдать каждую ночь, вспоминая, какой же замечательной была его принцесса, пока в один прекрасный момент она не приснится ему и не попросит отпустить. Скажет, что безумно скучает, но даже несмотря на смерть, всегда будет рядом с ним, что безумно любит и не хочет видеть его страдание.
Игорь каждую неделю будет приходить на ее могилу и приносить пионы. Часами будет сидеть и рассказывать о том, что происходит в его жизни, о том, как сильно ему не хватает его малышки. Не раз упомянет, что с ее смертью он будто потерял частичку душу, невероятно важную частичку, без которой иногда не может даже дышать. Парень почувствует теплоту в районе плеча, будто кто-то положил туда руку. Слезы снова навернуться на его глаза, и Акинфеев поймет, что Вета всегда будет рядом с ними, она не сможет так просто оставить их.
Головин не сможет справиться с этой потерей. Каждый второй будет винить его в том, что именно из-за него она умерла. Если бы он не уехал в тот день, Вета была бы жива, была бы рядом. Они бы обнимались и строили планы на будущее, в надежде, что когда-то их мечты все же сбудутся. Саша будет гасить всю боль в алкоголе, а после сядет за руль. Он будет кричать, скулить, плакать, понимая, что не в его силах терпеть это. На минуту покажется, будто рядом сидит его Вета. Такая хрупкая, в такой же зенитовской толстовке, как в их первую встречу. Он разгонится до максимальной скорости, будет лететь вперед по трассе, даже не думая о том, что может умереть.
— Саша? — удивится Вета, увидев Головина. — Нет, нет, еще не твое время, ты должен жить. Построить семью, состарится. Ты не должен был умереть, тебе ведь уготована такая восхитительная жизнь. А как же сборная? А как же чемпионство? — она будет заваливать его вопросами, уже даже не сдерживая слезы. — Еще не твое время.
— А тогда было твое время? Такая была твоя судьба? Вета, единственное, что я хочу, это быть с тобой. Прости, но я не уйду. Пусть и в загробном мире, но я останусь с тобой, — решительно произнесет Саша. — Я люблю тебя и знаю, что ты любишь меня.
— Все должно было быть не так, — скажет девушка дрожащим голосом.
— Но вышло так, — пожмет плечами Головин и поцелует ее.
— Я так тебя люблю, Саша.
Его машину найдут утром, а внутри нее обнаружат уже бездыханное тело. Он не смог вынести всю эту боль, не смог смириться с тем, что ее больше нет рядом. Он ушел. Ушел к ней.
