Рустем и Зохраб*. Не знаю, в какой мере это Вам пригодится, но надеюсь, что книжка до Вас дойдет и немного развлечет. Я как-то в прошлом году перечитывал опять работу А.Н.Веселовского** о Жуковском и опять с прежним удовольствием. Для Рустема и Зохраба, будь Вы здесь, я бы попросту дал Вам перевод сербский Байрактаревича***, крупного ориенталиста, лучший, по-моему, перевод с подлинника стихами, но посылать его не рискую.
Институт Востоковедения, по последним известиям, выезжает из Ташкента 6 мая: отъезд так много раз откладывался, что и на этот раз я не уверен, что он состоится. Худо то, что В.И.Беляев по приезде из Ленинграда в Ташкент после побывки здесь все время хворает и даже заниматься ему воспрещено. Не помню, писал ли я Вам, что в феврале скоропостижно скончался от паралича сердца А.П.Рифтин****... Винников, который вернулся из Ташкента в индивидуальном порядке, теперь тоже все время хворает и в данный момент даже в больнице. А это все один мой курс. Таким образом, я по-прежнему без помощников, но теперь скоро перерыв, и как-нибудь дотяну. Студенток на первом курсе теперь восемь плюс один студент. Уровень несколько выше, чем во времена Ткачевой и Тарасовой*****, приблизительно половина достаточно развита, но будет ли из них толк, пока еще трудно сказать. Я могу им уделять времени ровно вполовину того, что полагается по программе. Занимаюсь я в конце концов не без любопытства, а Хрестоматию для первого курса, которую последний раз читал со студентами в 1919 году, то есть ровно 25 лет тому назад, перечитал даже не без интереса: только теперь начинаешь понимать эти вещи, как следует. Читаю и Введение в филологию вместо Юшманова. Следовало бы его обработать для печати, но не знаю, удосужусь ли это сделать. Книжка моя с мемуарами о рукописях, по слухам, в Москве уже появилась, но мне ее все не присылают.
Про Ваш «вольный» университет я давно слыхал от обоих лиц, про которых Вы упоминаете******. Б.Б.Полынова я знаю давно и хорошо, а теперь во время московского эвакуационного сидения мне приходилось с ним много работать по делам Географического Общества. Он и теперь в Москве, а я по возвращении сюда сложил с себя административные функции в Обществе, которые волею судьбы мне приходилось нести с 1928 года.
Из Ваших сокурсников имею сведения только про Старкову, которая состоит в ИВАН и защитила кандидатскую диссертацию. Гринберг убит на войне в самом начале, существует в провинции Подтяги
324
Приложение
на учительницей. Арабисты, которые должны были кончить в 1942 году, тоже рассеялись. Лучший из них, Д. Бертельс, в таком же положении, как и Вы. Одна бомбардирует Университет откуда-то из Пензы. На историческом преподает Чураков*******, но думаю, что язык-то он окончательно забыл. В Москве преподавателей много, но все — практики московской формации, по-своему нужные, но для науки бесполезные. Во второй половине мая мне придется съездить на неделю в Москву. — На будущей неделе читаю на большой конференции Публичной Библиотеки доклад о роли ее Рукописного Отдела в истории нашего востоковедения. — Вот, кажется, и все мои новости. Старайтесь же быть здоровым: будем думать, что постепенно прочее наладится.
Ваш И. Кранковский
* Переведенная В. А. Жуковским часть поэмы «Шах-намэ» иранского поэта Фирдоуси (934-1021).
**А. И. Веселовский (1838-1906) — русский литературовед. *** Ф. Байрактаревич (1889-?) — югославский востоковед. ****А. П. Рифтин (1900-1945) —ассириолог-лингвист.
***** Е. Ткачева и 3. Тарасова — студентки арабского отделения Ленинградского университета в 1933-1938 годах, позже отошедшие от арабистики. ****** «Вольный университет» (см. выше) — существовал в Ленинграде летом 1938 года. Там читали лекции академик-географ (тогда член-корреспондент) Б.Б.Полынов (1877-1952), кавказовед-лингвист А. Н. Генко (1896-1941) и др. ******* М. В. Чураков (1893-?) —арабист-историк.
15 июля, 1945. Ленинград
Дорогой Теодор Адамович,
У меня лежат два Ваших неотвеченных письма: от 15 мая из Канска и от 7 июня из обычного места. Моя неаккуратность на этот раз объясняется, главным образом, тем, что в связи с юбилеем Академии пришлось провести больше двух недель в Москве, а за всякое отсутствие накопляется столько дел, что потом приходится их ликвидировать, отложив все остальное. Недавно от Вас имел письмо В. В. Струве, и мы опять начинаем действовать, пытаясь вернуть специалистов к их прямой работе. Соответствующие меры с окончанием войны можно предпринять и насчет Игоря Дьяконова*, который все эти годы воевал.
Вчера я кончил университетские экзамены и надеюсь теперь больше к начальному курсу не возвращаться. «Введение», вероятно,
Приложение
325
