Город наводнили слухи. Нашли куклу. Нет, детское зубное кольцо. Нечто, что подтверждало смерть младенца. Нечто, что подтверждало, что ребенок жив. Малютку убил отец. Кто-то убил отца. Передаваясь из уст в уста в продуктовых лавках, кузнице и церкви, слухи обрастали новыми подробностями и вымыслами, причем рассказчики многозначительно прикладывали палец к губам, чтобы особо подчеркнуть конфиденциальность и достоверность сообщенных ими сведений.
– Мистер Поттс, мы отнюдь не подвергаем сомнению, что эта вещь принадлежит вам. Но вы, надеюсь, согласитесь, что это никак не подтверждает тот факт, что ребенок жив. – Сержант Наккей старался успокоить пунцового от ярости Септимуса, который стоял перед ним, задрав подбородок и выпятив грудь, будто боксер перед решающей схваткой.
– Вы должны провести расследование! Почему кто-то ждал все эти годы и объявился только теперь? Да еще посреди ночи? И не потребовал награды? – Его седые усы на фоне побагровевшего лица казались совсем белыми.
– Со всем уважением, откуда, черт возьми, мне знать?
– Я попрошу вас следить за своим языком! Здесь дамы!
– Прошу прощения. – Наккей облизнул пересохшие губы. – Мы проведем расследование, могу вас заверить.
– И что вы предпримете? – осведомился Септимус.
– Я… мы… даю вам слово!
У Ханны защемило сердце. Значит, все останется по-прежнему. И все же она стала ложиться еще позже и постоянно проверяла почтовый ящик, надеясь найти в нем новую весточку.
