Венеция Макалистер быстро шла через уютный гостиничный холл. Зоя смотрела на нее и старалась побороть неприятное чувство. Она впервые за весь вечер стала подозревать, что, пожалуй, поторопилась заверить Итана, что эта встреча ей по силам. Одно дело разить наповал старого противника, когда рядом Итан, и совсем другое – остаться с давним врагом один на один.
Зоя долго обдумывала предстоящую встречу и в конце концов решила, что лучше всего встретиться с гостьей в холле. Здесь горел большой камин, и его приятное тепло прибавляло Зое уверенности. Кроме того, в холле были и другие постояльцы. С одной стороны, никто не находился достаточно близко, чтобы слышать ее разговор с доктором Макалистер, но с другой – Зою успокаивало сознание, что она не в полной изоляции.
У Зои перехватило дыхание от одного только вида Венеции Макалистер, ее мятого костюма и морщинистого лица этакой доброй бабушки. Ей тут же вспомнилась сказка про Тензель и Гретель. Теперь Зоя уже подумывала, что ей следовало сесть немного подальше от жарко пылающего камина.
«Прекрати! – мысленно приказала она себе. – Ты здесь не просто так, а по делу!» Зоя не сомневалась, что Итан сумеет быстро провести обыск в доме Макалистер, не создавая лишних проблем, тем более что она сама тем временем будет занимать хозяйку дома разговором. Однако в этот вечер она чувствовала себя не в своей тарелке не только из-за предстоящего разговора. Если подозрения Итана верны, значит, где-то поблизости разгуливает на свободе убийца.
– Сара! – Венеция Макалистер остановилась перед Зоей. – Слава Богу! Я боялась, что вы передумаете и откажетесь со мной говорить.
– Я и откажусь, если вы не запомните, что меня зовут Зоя.
– Да, дорогая, конечно, Зоя. – Венеция села в широкое мягкое кресло и огляделась: – А где мистер Труэкс?
– Мой муж остался наверху, в номере, – спокойно соврала Зоя. – Он решил нам не мешать.
– Понятно. Я рада, что он понимает, что разговор между пациентом и психотерапевтом должен быть конфиденциальным.
– Венеция, давайте расставим точки над i с самого начала. Я больше не являюсь вашей пациенткой. На мой взгляд, я ею никогда и не была, в «Кэндл-Лейк-Мэнор» я была не пациенткой, а заключенной.
– Дорогая, это совершенно неправильная точка зрения.
– Да, но она моя. Венеция, я согласилась встретиться с вами только потому, что вы сказали, будто нам очень важно поговорить. Так начинайте, говорите, я вас слушаю.
Венеция вздохнула:
– Я вижу, в вас еще очень много враждебности.
– О, вы еще и половины всего не знаете!
– Наверное, этого следовало ожидать, учитывая обстоятельства. Уверяю вас, у меня по отношению к вам самые добрые намерения. Я пришла, чтобы вам помочь.
Итан зажал в зубах миниатюрный карманный фонарик и направил узкий луч в выдвижной ящик, где Венеция хранила рабочие папки. Каждая папка была аккуратно подписана. Это Итана не удивило. Побывав в спальне и кухне маленького аккуратненького домика, он уже понял, что доктор Венеция Макалистер отличается педантичностью.
В своем домашнем кабинете Макалистер хранила в основном документы, относящиеся к ее работе в качестве внештатного консультанта правоохранительных органов. Клиентам она представлялась как специалист по судебной психологии, но из ее записей Итан понял, что Зоя была права: Макалистер чересчур увлекалась нетрадиционными методами.
Ее отчеты примерно о полудюжине расследований убийств содержали много личных наблюдений, немало совершенно диких умозаключений и очень мало точных фактов. Складывалось впечатление, что «добрый доктор» очень хотела бы верить в свои собственные экстрасенсорные способности.
«…ощущения, которые я испытала на месте преступления, возможно, имеют примесь сексуальных. Похоже, у жертвы был сексуальный контакт с убийцей…»
«…я почувствовала, что жертва знала убийцу. Отчетливая аура, указывающая на личную связь…»
– Все это просто чушь собачья, доктор Макалистер. – Итан закрыл папку и убрал ее обратно в ящик. – Самая настоящая чушь.
Он уже собирался закрыть ящик, не заглядывая в другие дела, как вдруг луч фонарика выхватил из темноты наклейку на одной из папок: «Клиленд».
– Сара, то есть Зоя, я понимаю, что для вас это очень болезненная тема. Но я чувствую, что если вы всерьез не займетесь этой стороной своей личности, то не сможете двигаться вперед.
Зоя холодно улыбнулась:
– Венеция, я и так уже двигаюсь вперед. Я, например, распрощалась с «Кэндл-Лейк-Мэнор».
– Постарайтесь меня понять. Я думаю, вы обладаете определенными интуитивными способностями, которые позволяют вам воспринимать информацию, недоступную для других людей.
– Неужели? Вы действительно так думаете?
– Дорогая, именно я способна понять вас, как никто другой. – Венеция понизила голос до доверительного шепота: – Дело в том, что я сама обладаю похожими способностями.
– Правда? Тогда, возможно, вы еще более сумасшедшая, чем я. Здорово, правда?
– Вы когда-нибудь вспоминаете те два случая, когда я привозила вас на место преступления?
– Да, они мне часто вспоминаются. – Зоя размяла пальцы на правой руке. – В кошмарных снах.
