— Да вот, леди, гадаем. Кто-нибудь нам на голову не свалится, лишь только приоткроем люк?
— Нет!
Сердцеед, да и остальные удивленно посмотрели на неё. Слишком уж уверенно ответила.
И как теперь, не раскрывая свой острый слух, объяснить, что сейчас над головой никого нет? Что только слабое похрапывание доносится где-то у борта?
— А у нас есть выбор? — спросила она, вскинув подбородок. — Или же вы собираетесь гадать до самого утра?
— Эй, парни, навались! — скомандовал Иган.
Стив поморщился, но также упёрся в люк.
Люк с тихим скрипом приподнялся. Стив выглянул на палубу. Через несколько секунд посмотрел вниз и кивнул, мол, чисто. Затем первым выбрался из трюма. За ним Иган. Они должны были пойти на мостик. Сначала следовало убрать вахтенного. Остальные пленники, чтобы случайно никого не всполошить, остались ждать сигнала.
Света, затаив дыхание, прислушивалась, что происходит на палубе. Вот лёгкие, почти бесшумные шаги Стива, тяжёлая, но тихая поступь Игана. Звякнули металлические доспехи — вахтенный шевельнулся. Скрип мачт и деревянной обшивки корабля дарили впечатление, будто корабль перешептывается с тихими ударами волн о корму.
Вахтённый насторожился. Удар об доспехи, едва слышный стон. Негромкий стук осторожно положенного на палубу тела. Шебуршание, шёпот Стива, приглушенное ругательство Игана и приближающиеся шаги.
За секунду до того, как вниз заглянул Стив, Света подняла голову. Сердцеед прошептал:
— Парни, как договаривались. Чем меньше шума — тем больше у нас шансов. Кто не уверен, что справится, лучше останьтесь здесь.
Никто не отказался, как и тогда, когда обсуждали план.
— Девушки, а вам лучше не высовываться!
Света сердито прищурилась.
— А это, сударь, не вам решать!
Ну не могла она просто-напросто сидеть и ничего не делать, когда решается её судьба.
Сердцеед тихо выругался и, отвернувшись, исчез где-то на палубе.
Света выбралась под лунное сияние и на секунду замерла, с наслаждением вдыхая солёный, свежий аромат океана. Со всех сторон доносились тихие шаги и неприятный хруст костей. Парни зря рисковать не собирались. Поэтому избавлялись от противника раз и навсегда.
Света огляделась, ища, что можно использовать вместо оружия. Как бы тихо парни ни действовали, она была уверена — битвы не избежать.
Под светом месяца тени сливались, преобразуя по собственной прихоти очертания предметов. Света осторожно шагала по палубе, поглядывала под ноги, но, только запнувшись и едва не загремев ведром, которое успела вовремя придержать, смогла найти себе кое-какое оружие. Швабра. Без тряпки получился вполне себе такой посох. Пусть баланса никакого, но по сравнению с теми корягами, что Храбр использовал во время учёбы, ничего так: прямая и не очень длинная. Оружие нашлось вовремя.
Над кораблём раздался крик, тут же перешедший в предсмертное хрипение. Затем со всех сторон донеслись ругательства и звон мечей.
Света интуитивно сделала шаг в сторону, сливаясь с тенью. Приближался топот, шуршание одежды, аромат пряностей. Свои так не пахнут. Воин, не подозревая о спрятавшейся царевне, поравнялся с ней. Света быстро выставила у его ног конец швабры. Работорговец запнулся, зашатался, расставил руки, стараясь удержать равновесие. Но удар палкой по спине помог ему встретиться с палубой. Раздался глухой стук, выразительные ругательства и стон боли. Ноздри защекотал сладковатый запах крови. Света встала в защитную стойку, прикрыла глаза, сосредоточенно вслушиваясь в темноту, готова была среагировать на любой звук.
Испуганный крик Алии заставил вздрогнуть и выйти из сосредоточения. Тут же чуть не схлопотала удар мечом от работорговца, попытавшего достать её снизу. В последний миг отпрыгнула и снова ударила противника по спине. Пусть полежит ещё немного. Концом палки откинула меч в сторону. Сразу этого сделать было не судьба?
— Прекратить! — прозвучал приказ. — Не то девчонка захлебнётся кровью.
Света быстро оглянулась. Под струящимся светом из каюты у дверей стоял главарь работорговцев и, обхватив испуганную Алию за плечи одной рукой, другой прижимал к её шее кинжал. И чего ей не сиделось в трюме?
Света опустила палку и, не отрывая взгляда от ножа у горла девушки, громко произнесла:
— Мы сдаемся!
Со всех сторон стали выходить недовольные пленники, останавливаясь за спиной Светы. И ведь ни один не решился рискнуть жизнью Алии. Рядом с царевной застыл Иган.
Оставшиеся в живых работорговцы встали вокруг.
— Вот и отлично. Парни, соберите оружие! Мятеж закончен! — довольно кивнул главарь.
Резким движением, держась за середину швабры, Света протянула своё импровизированное оружие подошедшему работорговцу с капающей из носа чёрной под светом месяца кровью. Мужчина выхватил палку из её рук и зло откинул в сторону, затем со всего размаха дал Свете пощечину. Она пошатнулась, щеку обожгла боль, в глазах потемнело, выступили слёзы. Иган дёрнулся, видимо желая ответить на удар. Но окрик главаря и стон Алии заставили его, сжав кулаки, замереть. Великан лишь негромко процедил:
— Подонок!
