— Нет, всё так, как они говорили. И глава явно боялся, когда общался с тем, кто заказал Тэлли, — произнёс Хейл.
— Это правда были аури?! — спросил Тур, и Крест почувствовал в его голосе сомнение.
Хейл не знал, как поступить, он не мог раскрывать своего происхождения, но и скрывать от братьев тех, кто нападает на Тэлли было опасно и глупо. «С другой стороны, вряд ли они свяжут нас воедино. Они не видят нитей, поэтому не смогут догадаться, что мы с Тэлли полукровки», — размышлял он. Хотя и присутствие запрещённой расы на их территории было опасным и тревожащим знанием, и Хейл решил, что пока лучше опустить эти детали.
— Нет, из воспоминаний не было понятно, что они владеют магией, — Хейл скривился от построенной фразы, это была чистейший воды уловка аури. Говорить правду, не говоря правду. Он и не соврал, но и правду не открыл перед братьями, за что вновь почувствовал себя изрядно виноватым. Они доверяли ему, и ему было противно оскорблять их доверие своей ложью.
— Остаётся только лорд, — задумчиво произнёс Тур. Он злился, как и братья, но больше всего он переживал за Тэлли. С Токсом явно что-то произошло, потому что его слова были омерзительны, и Тур с ужасом представлял себе, как Тэлли сейчас где-то рыдает от боли и одиночества. — Он единственный, кто ещё связан с этой историей.
— Вы знаете, где он остановился? — тут же спросил Хейл, чувствуя облегчение, что новая цель найдена.
Тэлли очнулась в богато украшенной комнате. Здесь всё говорило о достатке владельца: изящная мебель с шёлковой обивкой, огромная люстра с множеством мелких стеклянных шариков, вазы с цветами и толстый кроваво-красный ковёр на полу. Единственное, что выбивалось из обстановки — это металлически крюки, которые были прибиты к полу и стене. К одному из них и были привязаны руки Тэлли. Она попыталась встать, но цепи, которая тянулась к нижнему крюку на стене, не хватило даже, чтобы разогнуться. Тэлли смогла лишь встать на колени, почти вплотную к стене.
Оглядываясь, она пыталась понять, где находится и вспоминала последние события. Вдруг перед глазами вспыхнуло лицо Токса и то, что он сделал. В миг её глаза наполнились слезами боли и обиды. В голове никак не укладывалось, почему он так поступил, почему Линель соврала, наговорив Токсу всякие гадости. «Неужели она его ещё любит и поэтому решила нас разлучить?» — задавалась она вопросом, пока по щекам безостановочно текли слёзы.
Но вдруг за дверью послышался мужской смех и Тэлли тут же притихла, прислушиваясь к их разговорам. Испугавшись, что они сейчас войдут, она судорожно искала, чем можно открыть кандалы, державшие её руки, но поблизости ничего похожего на отмычку не было. Но мужчины оставались в коридоре и к ней не заходили, чуть успокоившись, она стала различать часть разговора. И чем больше слышала, тем больше у неё вытягивалось лицо от удивления.
— Она сказала, что если я покараулю девчонку, то она займётся со мной любовью, представляешь? — сказал один из них и громко заржал. — Никогда бы не подумал, что буду работать за секс, но вот надо же.
— Ой, да у неё знаешь сколько уже перебывало? На ней нетронутого места нет, вся свита господ уже с ней была. Не, лучше пусть деньгами, я шлюху и почище себе смогу найти, — ответил другой.
— И где ты найдёшь такую шлюху за те крохи, что тебе платят? — усмехнулся первый мужчина и резко замолчал.
— Откройте, и уйдите в коридор, — услышала Тэлли женский звонкий голос, смутно ей знакомый.
И когда дверь открылась, Тэлли ошарашенно уставилась на вошедшую женщину.
Это была Линель.
— Привет, подружка, — мило улыбнулась она.
Тэлли ошеломлённо рассматривала её, надеясь, что это галлюцинация и что это не её лучшая подруга стоит перед ней. На ней было великолепное светлое платье с воздушным кружевом, казалось, что она словно плывёт по комнате. И это так контрастировало с выражением её лица, что Тэлли никак не могла соединить все эти образы в своей голове. Мысли путались, а разум отказывался верить, что за всеми её бедами стояла Линель.
— Почему? — прошептала Тэлли, вдруг ощутив странную пустоту внутри.
Если боль от предательства Токса была острой, словно удар ножа, то теперь Тэлли ощущала, будто из её груди вырвали что-то важное, тёплое и живое. Осталась лишь холодная пустота, где свирепствовал ледяной ветер, беспощадно сметая последние осколки её мира. Боль исчезла, уступив место странной, всепоглощающей апатии, как будто всё происходящее превратилось в кошмарный сон, за которым она могла лишь наблюдать со стороны, неспособная вмешаться или проснуться.
— Почему что? — холодно улыбнулась Линель, медленно подходя к Тэлли и, погладив её по волосам, села в кресло, что стояло неподалёку.
— Зачем всё это? — Тэлли не могла собрать в одну мысль всё, что с ней произошло за последний месяц, потому что всё это было словно из разных жизней совершенно разных людей. В жизни одного человека не должно происходить столько событий, которые выворачивают душу наизнанку. Вся её жизнь показалась ей конфетой с горькой начинкой, после которой тошнит и хочется умереть.
