Нет, лучше все-таки позвонить матери. Пусть приедет и сама разбирается. А то скажут еще — не углядела! Ольга Сергеевна решительно взялась за трубку:
— Алло! Фирма «Актима-плюс»? Елену Сапунову позовите, пожалуйста.
В то утро Олег проспал — впервые за все эти долгие дни и недели. Он потом долго корил себя за это. Еще многие месяцы, даже годы потом он просыпался по ночам в поту, и сердце билось, как овечий хвост, и одна мысль сверлила мозг — а что, если бы?.. Что, если бы в тот самый день все сложилось по-другому?
Он ведь почти опоздал.
А сейчас солнце било прямо в глаза и большие настенные часы модернового дизайна (и чья умная голова додумалась соединить стекло, дерево и алюминий!) показывали половину первого, Олег покосился на часы с нескрываемой злобой, как будто они виноваты.
Он откинул одеяло и рывком сел в кровати. Надо же, сколько времени мучился бессонницей, а сейчас — будто провалился. Голова гудела, и весь мир казался призрачным, нереальным. Контуры окружающих предметов стали нечеткими, словно отражения в воде, по которой идет мелкая зыбь. Олегу показалось вдруг, что именно сейчас он оказался у черты, отделяющей бытие от небытия. Ночью ему определенно что-то снилось, но он никак не мог вспомнить, что именно.
Даже голоса в голове куда-то подевались, примолкли. Сколько ни злился Олег на их назойливость, но сейчас он почувствовал себя страшно одиноким.
Один на один со всем миром. И со своей миссией, которую некому больше выполнить.
Ладно, некогда раздумывать. Идти пора. Как говорится, лучше поздно, чем никогда. Олег натянул джинсы, ладонью поскреб щетину на щеках, раздумывая, стоит ли бриться, и решил, что пока и так сойдет.
Он застегнул пуговицы старой вельветовой рубашки, подхватил легкую куртку-ветровку… И застыл на пороге. Кажется, забыл что-то важное. Деньги? Он похлопал себя по карманам. Нет, бумажник всегда при нем. Документы? В наше время без паспорта выходить не стоит. Нет, тоже здесь. Так что же?
Он еще раз обвел взглядом безликий интерьер чужой съемной квартиры. Когда он договаривался о сдаче, его здесь ничего не интересовало… Кроме расположения, конечно. И вещей взял с собой самый минимум — холостяцкий быт непритязателен. Но сейчас он принялся рыться во всех шкафах и ящиках, даже не зная, что, собственно, хочет найти. Через пять минут по комнате будто Мамай прошел, но Олег продолжал выворачивать наизнанку все, что было закрыто и уложено, разбрасывая вещи где попало.
Ах, вот оно! Когда у Олега в руках оказалась старенькая зажигалка «Зиппо» с изображением девушки в развевающемся платье, он сразу почувствовал — это именно то, что ему нужно. В самом деле, эта вещица уже спасла ему жизнь. Ему почему-то сразу стало намного спокойнее. Все, теперь можно идти.
Олег захлопнул за собой дверь, даже не оглянувшись на устроенный им разгром. Сейчас это не имеет никакого значения.
Надо торопиться.
А в Черных горах разгулялась непогода. Под вечер небо затянуло низкими облаками, и снег повалил крупными хлопьями, похожими на клочья шерсти каттахских тонкорунных овец.
После казни предателя маленький отряд солдат в черном блуждал по горам без всякой цели и направления. Новый командир Борак Ширах (тот самый прыщавый юнец) потерял дорогу еще в середине дня, в полдень, но из гордости и самолюбия не признался в этом даже себе самому. Была, конечно, карта, но среди солдат и грамотных-то не было, не говоря уж о том, чтобы разбираться в этих значках и закорючках. Никто не смог бы даже определить, где находится в данный момент и куда следует двигаться дальше. А потому солдаты просто шли вперед и вперед, оскальзываясь на мокрой красной глине, похожей на огромные кровавые пятна, а теперь — вязли в снегу, спотыкаясь и падая.
Никто не замечал, что вот уже несколько часов они кружат на одном и том же месте.
Когда сумерки постепенно стали сгущаться, снег повалил сплошной стеной. Трудно стало разглядеть что-либо даже на расстоянии вытянутой руки. Когда Хабин Трей, самый ворчливый и слабосильный солдат в отряде, вдруг опустился на землю, остальные последовали его примеру.
— Привал, командир! Мы не можем идти дальше!
Борак Ширах не нашел в себе сил возмутиться. Привал — это хорошо… Сил нет, нужно отдохнуть, совсем немного отдохнуть — и можно будет идти дальше.
Но останавливаться в метель на снегу — верная смерть. Даже городские пьяницы это знают, если, конечно, еще не пропили последний разум.
— Ищите укрытие!
Легко сказать — ищите! Найдешь тут, когда в двух шагах ничего не видно. Солдаты уже почти потеряли надежду, когда Хабин Трей крикнул:
— Командир! Смотри, там пещера!
И в самом деле. Буквально в нескольких шагах виднелась вполне подходящая расселина в скале. Ничего, что тесно, ничего, что ветер заносит сюда снежные хлопья, главное — это укрытие.
— Надо развести костер.
