— Что я не поняла, как вы могли по мне соскучится, если я до этого с вами только познакомилась, — искренне удивилась она.
Арест посмотрел в ее открытые глаза, она действительно была честна. Она была молодая девушка, которая не воспринимала иронию, она хотела, чтобы он конкретно сказал ей что он от нее хочет. А он скорей всего просто не мог сформулировать даже в мыслях, что ему надо от нее. Просто нечайно высказался вслух, что соскучился, теперь приходилось оправдываться и сформулировать, что именно он хочет без иронии.
— Я имел наверно ввиду, что я соскучился вообще по такой девушке как ты молодой, красивой и не знакомой, просто хочу с тобой пообщаться …
— А понятно теперь, — радостно улыбнувшись ответила она.
— Что у нас на завтрак сегодня, — сформулировал первое свое желание пациент.
— Вот сейчас вам покажу, все уже готово … — она была готова к этой просьбе.
Изабелла отвернулась от него и направилась в угол комнаты, там стояла тележка, накрытая скатерью, она взяла ее за ручки и подкатила прямо к постели. Открыла скатерть и аккуратно ее сложила, положила ее на нижнюю полку тележки. На верхней полке стояли блюда, накрытые крышками из зеркальной стали.
— Есть яичница, творог, бутерброды с маслом и сыром, чай, кофе, булочки и всякие джемы, что вам сделать или вот сардельки есть … — она так застенчиво предлагала, как буд — то от того, что он останется не доволен зависит ее работа.
— Давай все попробую, я так голоден и мне давно так не предлагали, — Арест хотел показать пальцем, что ему надо положить на тарелку и достал свою правую руку из под простыни. Рука у него была перебинтована, видно он переломал себе вчера пальцы. Посмотрел на левую руку она тоже была перебинтована, но пальцы гнулись, видимо эту руку он не сломал.
Она, тем временем, не теряла времени и не нуждалась в помощи, накладывала на тарелочки различные сочетания блюд и ложила тарелки на дощечку, выполнявшую роль столика, прямо перед лежащим больным.
Арест попытался преподняться, но уперевшись руками в кровать испытал резкую боль от всего израненного тела и даже не поднялся ни на миллиметр. Он лежал как мешок, не способен был управлять собой. Как смешны были его желания получить неизвестно, что от это девушки, он не мог даже пошевелиться.
Она увидела его попытки подняться и взяла пульт направила его на кровать и верхняя часть его тела вместе с кроватью поднялась, он оказался в полусидячем положении, удобном для приема пищи. Арест не успокаивался, он не верил, что он не может самостоятельно кушать.
— Вы должны понять, что вам ни стоит ни о чем волноваться, врачи все знают про вас, что вам нужно в данный момент. Сейчас вы не можете шевелить даже руками, я вам помогу. Если, что — то нужно просто скажите, не нужно думать, что я, что — то забуду, просто расслабтесь … — сказала таким же тихим голосом Изабелла, но смысл был строгий как у доброй знающей свое дело женщины.
Но Арест, все равно, потянулся за вилкой и попытался взять ее правой рукой, но не смог ее удержать, она выпала из раскоряченных загипсованных пальцев. Затем попытался взять левой рукой, но так как он был не левша, то у него получилось не уклюже, да еще и не удобно от перебинтовки. Она наблюдала за ним молча, как за беспомощным маленьким ребенком наблюдает мама. Арест совсем не давно наблюдал эту картину, также его жена наблюдала за их малышом. Она дала ему полность насладиться своей беспомощностью, а затем с улыбкой предложила свою помощь. Арест тоже не отказался, когда Изабелла молча села около него взяла ложку с творогом и поднесла к его рту.
— А почему бы нет, спасибо, давно не чувствовал себя малышом, — пошутил Арест пережевывая творожок.
Она кормила его из ложечки очень терпеливо, дожидаясь пока он оближет ложку, не спеша наполняла следующую. Он подчинился ее темпу спокойствия, ему было очень хорошо и комфортно. Когда он держала ложку перед ним, он смотрел боковым зрением на ее ровнодышащюю грудь, когда она тянулась за новой порцией он наслаждался уже прямым взглядом ее фигурой с другого ракурса. Прием пищи проходил в напряженно радостной обстановке. Можно было почувствовать себя на месте руководителей этого свободийского государства.
Арест, ни куда не торопясь, перепробовал все блюда и даже отпил все напитки, чтобы следующий раз уже выбирать, то, что ему понравилось больше всего.
— А что, Изабелла, каждый раз будут разное меню или одинаковое … — просто для поддержания разговора, спросил он.
— Нет, господин Гельмутс, у нас очень разнообразное меню, за то время, пока у нас находится один пациент ни разу блюда не повторяются, хотя все зависит от желания клиента, встречаются и те кто заказывает что — то свое …
— Все я наелся, давно я с ложечки не ел, наверное лет двадцать пять назад … — пошутил Арест, надеясь что она улыбнется.
