Все поняла, не буду особо задумываться над этим, а то страшно становится, ты думай ты же мужчина…
Все приступаем к моему плану вспомнишь, что я мужчина…
— Что прям сейчас….
Ждан обнял ее и прижал, он даже не поверил мысли, что уже пятнадцать лет не прижимал Алену к себе, как буд то это было на прошлой неделе …
Дальше они вошли в роль и играли любовников так, как буд то они были артисты и нужно было играть именно так, прослушка из Агенства по Национальной Безопасности скорей всего смутилась и покраснела за время любовной сцены.
На следующий день Алена пришла на работу как обычно с утра без опазданий, но пока она шла на работу она заметила, что она как то по особенному смотрит на окружающий мир. Она еле сдерживала улыбку, чтобы не улыбаться просто так на улице прохожим. Было не принято показывать свое настроение незнакомым людям.
А незнакомые были вокруг все. Она уже привыкла за эти последние двадцать пять лет к ежедневным изменениям и постоянно в худшую сторону. Она помнила времена молодости и юнности, когда она жила в этом же городе как в большой семье. Люди были улыбчивые, красивые похожие на нее внешностью в общих чертах, но в тоже время резко разные. У всех была примерно одинаковая жизнь: молодые влюблялись гуляли, меняли свой выбор, затем женились рожали детей, дальше радовались жизни, а другие возрасты находили радость в других заботах. Не было раньше такого понятия работать, чтобы выжить или найти работу. Все работали ради саморазвития и развития общества в целом как большой семьи. Она запросто могла за день познакомиться с пятью, а то и десятью людьми весело непринужденно пообщаться с ними о жизни. Весь разговор всегда проходил с улыбками, доброжелательностью всегда находили общие мысли, интересы и планы на будущее. Это сейчас по прошествии стольких лет она поняла, что это время было счастливым, эти общество больше никогда в ее жизни не появится.
За это время она привыкла, что с каждым годом становилось все меньше встречных людей не просто знакомых, а вообще светланцев. А последние годы она заметила, что вообще нет светланцев, они все уехали. По пути на работу ей встречались сейчас одни инопланетяне и все аранцы, какие же они были некрасивые, как буд-то они были завезены сюда с самых дальних поселков и все их предки занимались только выживанием, так что им не было дела для выбора красивых супругов.
Она уже привыкла, что на нее все они смотрели с плохо скрываемой ненавистью, эти люди не навидели белых за то что они здесь были изначально, за то что с рождения у них были не равные условия. А самое главное, в тупые головы этих беженцев, нынешнее правительство планеты вбивало в голову искаженную историю. Им рассказывали, что светланцы их грабили, убивали, не давали развиваться, а теперь произошла справедливость и им без боя достались их планеты и города. Но ладно достались и они ими владели, но ненависть усиливалась еще больше. Потому что с каждым годом светланцы уезжали целыми кланами, а оставшиеся просто бесили инопланетян. В них вспыхивал звериный инстинкт шакалов, которые хотят еще больше порвать жертву если она слаба. Сдерживалось все до поры до времени местными правохранительными органами, которые уже на сто процентов состояли из завезенных инопланетян.
В это верила и Алена и привыкла к негативному окружению, отгородив свою душу психологической стеной. Хотя все знакомые, которые уезжали описывали ей будущее в плохих тонах, говорили уезжай пока в твою квартиру не ворвались не известные молодежные банды покрываемые местной полицией.
Она привыкла к своей работе, к своей квартире, хотя уже на работе ей мало с кем было поговорить из старых подружек, а в доме остались из светланцев только пожилые люди. С тех пор как они расстались с Жданом и отправили своего сына Ратибора далеко в Светланию, она вела такой образ жизни и привыкла к нему. Она всегда знала, что женщины — это сильный пол. Ни один мужчина бы не выдержал жить в таком замкнутом круге отсутствия радости — работа-дом-работа. Она не просто привыкла вставать рано, ложиться во время, готовить одно и то же и постоянно выполнять на работе тупые дела, но и хорошо сохранилась телом и внешностью. К ней ни раз подкатывали мужчины, но она их отвергала. Светланцы явно подкатывали из жалости, потому что они не хотели оставлять ее одну без помощи. А аранцев, даже приятных она с улыбкой но жестко отвергала, она знала, что никогда не будет женой человека с другим кодом. Все равно он сделает ее тем существом, которое они делают из своих женщин. И она не будет рожать детей, которые могут стать врагами с ее родней.
Но вчера мир изменился, она вернулась в свое счастливое тело. Она была желанна и не плоха со Жданом, любовью своей жизни, и он ей дал смысл ее жизни. Ей сейчас было наплевать на окружение — это был просто плохой фильм, который можно когда нибудь выключить. Но выключатель еще нужно найти. В этом смысл ее жизни, а когда смысл найден ничего не страшно, значит не зря живешь.
