ИМПЕРИЯ ТРЁХ МИРОВ. ЗЕМЛЯ. ВЕЛИКАЯ ТЕРРА. РОМЕЯ. КОНСТАНТИНОПОЛЬ. ДВОРЕЦ ЕДИНСТВА. КАБИНЕТ ЕЁ ВСЕВЕЛИЧИЯ. 1 сентября 2022 года
– Аймесей Шаховна, распорядитесь насчёт чая.
Титулярная церемонимейстерина княжна Аймесей Шаховна Тарковская склонила голову.
– Сейчас распоряжусь, ваше всевеличие. В приёмной министр иностранных дел граф Бестужев.
– Пусть ожидает. Так что там, князь?
Камер-фрейлина Тарковская удалилась.
Новый начальник Генштаба Империи князь Пожарский склонил голову:
– Германия, ваше всевеличие.
Германия всегда была для России непростым соседом. Иногда дружили, иногда союзничали, иногда воевали. Иногда поднимали Красное знамя с серпом и молотом над Рейхстагом. Пусть в этой реальности об этом не знают, но Марго знала настоящую историю.
Императрица-августа вопросительно посмотрела на князя Пожарского, получившего авансом чин полного генерала.
– Ваше всевеличие, Германия спешно наращивает военное производство. Формально это связано с потребностями колоний и с продажами военной продукции на экспорт. По факту, идёт срочное перевооружение германской армии, наращивание запасов на военных и сопутствующих складах. После Глобальной войны у немцев осталось много оружия. Большинство предприятий и фирм, которые больше ста лет были основными поставщиками Рейхсхеера, перешли на гражданский ассортимент, только обновляя ранее выпущенные военные изделия. Военные разработки недофинансировались и оружейные концерны влачили существование на грани выживания.
Марго кивнула. Да, после Глобальной войны тридцатых годов Германия и Голландия были опустошены химической войной и ковровыми бомбардировками британцев. Россия, конечно, подставила плечо, снабжая Рейх всем необходимым в войне с Великобританией, включая атомными бомбами, которыми Германия уничтожила английский флот. Но победа в войне обернулась пирровой. Рейх надорвался, восстановление самого Фатерлянда и покорённой Британии требовало много денег, ресурсов и людей. Но Михаил Великий не спешил помогать восстанавливать экономическую мощь Германии и Нордического союза. Продавал ровно столько, чтобы население не голодало, и даже отказался выдворять в Рейх несколько миллионов немецких беженцев, которые от войны переселились в Россию и Ромею. Отказал в этом собственной дочери – кайзерин Марии Михайловне. Формально аргументы были простыми – гуманитарными (у вас там жрать нечего, полная разруха, города в руинах, зачем вам лишние рты?), но на практике Михаил изъял из экономики Германии множество образованных и трудолюбивых специалистов. Так что Рейх оправился только через восемь десятков лет надрыва. А учитывая, что в ходе Глобальной войны и США перестали существовать, а Южноамериканский союз сам едва к третьему тысячелетию кое-как встал на ноги, то помочь Германии было некому – страны Нордического союза тоже были бедны, как церковные мыши. За исключением разве что Норвегии, да и то за счёт несоизмеримости её колоссальных запасов нефти с микроскопическим населением. Шведы после войны сделали правильные выводы и не стали присоединяться к ранее желанному ими Нордическому союзу, подтвердив свой нейтралитет, они сделали ставку на торговлю с Россией. Эта ставка оказалась верной.
Понятно, что такая политика Терры не нашла популярности ни среди элит Нордического союза, ни среди грандов и прочих роскас ЮжАС, да и союзные России правящие кланы стран Новоримского Союза недобро косились в адрес мирового гегемона. Даже самая близкая союзница – Римская империя была раздражена ограничениями на освоение Луны и прочих небесных тел. Да и самого космоса как такового.
Так что жажда реванша просто витала в воздухе, напряжение росло с каждым годом, а политика «Мягкой силы», которую успешно проводил Великий через фильмы, миросеть, книги, прессу и прочих «лидеров мнений» по всему миру, работала всё менее эффективно. Доля мечтающих жить, «как в Терре», снижалась. Собственно, система начала сбоить ещё в конце правления самого Михаила Второго, а при Александре Четвёртом она уже начала конкретно проседать. Правление её царственных бабушки и мамы не смогло исправить упадок. Сохранение жёсткой фильтрации при сокращении иммиграционных квот делали «терранскую мечту» практически недоступной. Активные пытались найти себя на Луне, а обыватели вынуждены были смириться с реалиями на месте. Социалистическая Мексика казалась им более доступным идеалом. Тем более что она перестала стращать местные элиты экспортом революции, а её пропаганда говорила на более простом и понятном для жителей Азии и Южной Америки испанском языке. Русский же, несмотря на контроль Террой миросети, имел своих знатоков далеко не в каждой деревне.
Князь Пожарский продолжал:
