— Хорошая работа для первого раза, — сказала она, её голос звучал твёрдо. — Но это только начало. В дальнейшем вам придётся работать с куда более мощными артефактами. Запомните: контроль и сосредоточенность — ваши главные инструменты. Ошибки здесь стоят слишком дорого. Мы продолжим тренировки завтра. А сейчас — отдыхайте.
— Тревога! Внимание, тревога!
Проснулся я резко, словно кто-то толкнул меня в плечо. Комната, обычно залитая мягким светом уличных фонарей в парке, утопала в тревожном алом свете. Глухой звук сирены прорезал тишину, резонируя с пульсом в висках.
Я подскочил на кровати, рефлекторно сжав в кулак камень рангового перстня, готовый в любую секунду активировать магическую защиту.
— Что за…
Койки товарищей были пусты. Ни Андрея, ни Феликса, ни Левы — никого не было. Матрасы аккуратно застелены, словно они ушли по собственной воле. Но куда, черт возьми? Да еще и среди ночи…
— Ребят? — позвал я, не надеясь на ответ.
Единственным ответом мне была монотонная голосовая запись из динамика в стене. Слова были едва различимы из-за громкой сирены, но я уловил: «Тревога. Всем немедленно покинуть помещения. Тревога…»
Я тут же активировал магическую защиту. Затем, на всякий случай, сосредоточил в руках немного эфира. И вышел из комнаты.
Коридор встретил меня всё тем же алым светом и звуком сирены. Пусто. Никаких признаков жизни. Словно вся кордегардия вымерла.
Я сделал несколько шагов, прислушиваясь. Ничего, кроме звуков тревоги. Но внезапно я уловил едва слышный шум за одной из дверей. Там точно кто-то был. Какое-то шуршание, скрежет, возня.
Собравшись с духом, я шагнул к двери и толкнул её, одновременно усиливая защиту. Дверь распахнулась с громким скрипом, и я влетел внутрь.
— Какого черта⁈
Комната была наспех украшена: на стенах висели самодельные бумажные гирлянды, под потолком раскачивались разноцветные шарики, а в центре комнаты огромными буквами сияла надпись: «С ДНЁМ РОЖДЕНИЯ!».
Я моргнул, не веря своим глазам. В общем зале собрались мои друзья-курсанты, включая Феликса, Андрея и даже сурового сержанта Баранова, который какого-то лешего допустил нарушение дисциплины.
— Поздравляем с совершеннолетием! — раздался радостный голос Феликса Юсупова, и в следующую секунду он дёрнул за нитку хлопушки. Сухой хлопок раздался в комнате, и цветное конфетти посыпалось на пол.
Курсанты хором закричали:
— С днем рождения, Алексей!
Я остолбенел, по-прежнему не опуская руки, в которой едва не зажёг заклинание. Да они меня разыграли, черти лохматые! Я переводил взгляд с одного лица на другое, пока наконец не выдохнул.
— Вы что, издеваетесь? — прошипел я. — Я же чуть не поджарил половину из вас, идиотов!
Феликс расхохотался и хлопнул меня по плечу:
— Спокойнее, Леш! Мы знали, что ты воспримешь всё всерьёз, но ведь это был лучший способ устроить сюрприз. Видел бы ты свою физиономию!
Я покачал головой, пытаясь подавить улыбку. Конечно, они спланировали всё до мелочей. Небось еще и воспользовались моим отсутствием и, пока я отлеживался в Военмеде, развили бурную деятельность тайком от меня.
Баранов, стоящий в углу с каменным лицом, неожиданно заговорил:
— Господа, я и так позволил вам слишком много. У вас всего один час. Поблажек завтра не будет — подъем по расписанию. И чтобы прибрали здесь все за собой!
Баранов жестом пригласил за собой коллег, и те отправились в сержантскую. А курсанты дружно расступились, открывая вид на здоровенный торт, стоящий на столе.
— «Черный лес», — я расплылся в улыбке. — Откуда вы узнали, что это мой любимый?
— Татьяна Иоанновна рассказала, — улыбнулся Андрей.
На торте разноцветными огоньками горели восемнадцать свечей, и это зрелище неожиданно тронуло меня. Сколько лет меня не поздравляли товарищи?
Я уставился на Феликса:
— Ты что сделал с Барановым? Загипнотизировал?
Юсупов усмехнулся ещё хитрее:
— Это секрет, Алексей. Все, ставьте чайник, ребята! Тащите кружки! Тортик не должен дожить до утра!
Ребята принялись суетиться, а Феликс с Андреем занялись нарезкой торта. Шум в комнате был таким, что казалось, будто в казарме происходит небольшое народное гуляние. Я стоял в центре, оглядывая всё это безумие, и невольно улыбался.
Это действительно было неожиданно. Конечно, я предполагал, что кто-то из одногруппников вспомнит о моей дате и поздравит, но такого размаха не ожидал. И это было чертовски приятно.
— Ну давай, Леш! — крикнул Андрей, размахивая ножом для торта, словно жезлом. — Задувай свечи и загадывай желание. Но загадай что-нибудь важное. Совершеннолетие наступает только раз в жизни!
Я подошёл к столу, где стоял огромный торт. Кондитер явно потрудился: шоколадные стружки покрывали верхний слой, вишни ровным кругом венчали композицию, а свечи горели синим, зеленым, желтым и красным огоньками.
— Да не верю я в эти желания, — пробормотал я, хотя внутренне всё равно ощутил лёгкое волнение. — Человек сам кует своё счастье.
— А ты всё равно загадай, — настаивал Феликс, его глаза сверкали от азарта. — А вдруг и правда сбудется?
— Давайте быстрее! — подбодрил меня кто-то с конца комнаты. — Чай стынет!
