Айдан щелкнул пальцами альфам и велел подготовить веревки. Альфы испугано переглянулись, но не посмели ослушаться прямого приказа старшего омеги. Аббас первым снял с седла тонкую веревку и показательно покрутил ее в руках, при этом улыбаясь, как будто услышал старую шутку. На омег альфа с веревкой в руках произвел устрашающее впечатление, и они опять дружно рванули к телегам, как испуганные овцы в загон. Слуги едва успевали их подсаживать и придерживать, чтобы в давке они не оттоптали друг другу ноги.
Альфы встали плотным кольцом вокруг телег, сопровождая боевой трофей господина. Жители имели удовольствие проводить до дворца телеги, полные яркого шелка, который виднелся через плотную черную ткань абая. Они видели сверкающие недовольством и непролитыми слезами прекрасные глаза омег и толпу слуг, которые брели рядом с телегами, сжимая в руках шкатулки с таким видом, словно отбили их в тяжелом и неравном бою, как минимум, с драконом.
Добравшись до гарема, Айдан быстро распределил омег по комнатам, не принимая во внимание ранги и былые чины. На все вопросы «почему моя комната именно эта?» отвечал одинаково - «потому что я так хочу!». После этого Айдан собрал всех новеньких в гостиной и объявил им, что он в гареме старший омега, как по возрасту, так и по положению, поскольку он селафь супруга повелителя. И с его мнением им придется считаться, хотят они это или нет. Всех нарушителей порядка и спокойствия в гареме он будет наказывать по всей строгости закона. Омеги, услышав грозную речь и приведенные аргументы, несколько присмирели, но все равно продолжали исподтишка бросать друг на друга злобные взгляды.
Всех потрясла новость, что у грозного эмира Джабаля есть супруг. Омеги сразу захотели узнать, кем является рожденный им ребенок - наследником или лисичкой? Ведь всем известно, что супругом можно стать лишь родив господину наследника или хотя бы лисенка-омежку. Узнав, что супруг является дыханием эмира, но пока не подтвердил свою фертильность, омеги насмешливо переглянулись. Ага, знаем мы таких супругов! Наверняка, лисенка выхватил и теперь назвал супругом, надеясь на скорое пополнение семейства. Такой супруг ничего не значит и ничего не стоит! Это просто очередная попытка эмира обмануть судьбу в попытке заполучить наследника!
Айдан внутренне скрипел зубами, когда рассказывал этим пираньям о Серенити. Но лучше так, чем омеги узнают о нем от третьих лиц. Он прекрасно понимал, какие мысли появились в их хорошеньких головках, но у лжи короткие ноги и начинать с этого не стоило, чтобы случайно не дать им в руки ненужные козыри. Нелестное мнение омег о супруге повелителя подтвердилось, когда они увидели забежавшего в гарем довольного Абаля. Он был одет не так, как одевались любимые супруги. На нем вместо красивого платья, была длинная туника и штанишки. А когда он сбросил на руки Захи свою абая и шейлу, то омеги увидели, что у него вместо затейливой прически простая коса, как у биби, а из украшений - только брачный браслет. И даже простенького колечка нет!! Вот ужас-то! Наверное, и в постели он совсем неумеха, раз повелитель его ничем не одарил!
Серенити вначале не обратил внимания на толпу омег, замерших у входа в гостиную, как бедные родственники. Он с восторгом рассказывал селафь, что сегодня орленок сам запрыгнул на наруч, взмахивая при этом своими окрепшими крылышками. На крыльях появился еще один ряд перьев, и скоро пушок останется только на грудке и немного на штанишках. А еще Ахмед сказал, что теперь птенца можно приучать сидеть на наручи во время ходьбы, а позже уже, сидя на луке седла и на наруче, когда едешь верхом! А это значит, что скоро и его самого посадят в седло, чтобы он катался со своим птенчиком!
Пока Серенити с восторгом все это рассказывал, подпрыгивая и пританцовывая от избытка восторга, его оценивающе разгядывали сорок две пары злобно прищуренных глаз. Некоторые даже сделали пару шагов навстречу, чтобы получше рассмотреть подростка.
- А метка у него точно есть? Что-то я запаха альфы на нем совсем не чувствую, - кто-то хищно принюхался, и вся толпа сделала еще пару шажков вперед.
- Это кто? - испугался омежка и шагнул назад, прижимаясь спиной к селафь. - Это что, вы про меня говорите что ли?