— В моем чемодане есть бумаги, которые развеют ваши сомнения в моей невиновности лучше любых оправданий, — определившись с порядком действий, обратился к мрачному кузену Эван.
Бумаги у него действительно имелись. Как раз на подобный случай. Хотя нет, о подобном он и помыслить не мог, но провала рано или поздно ждал, а потому решил подстраховаться. Оставалось надеяться, что ни Деррек, ни дядюшка Вальдер не усомнятся в подлинности документов, за которые пришлось выложить немалые деньги.
Кузен нахмурился, но все же кивнул и уставился на притихшую, но не утратившую бдительности ведьму.
— Госпожа Эмма, — ласковым тоном, от которого Эвана передернуло, начал Деррек, — могу ли я попросить вас принести документы господина Карти? — И тут же уточнил, переведя взгляд на Эвана: — Вы ведь не возражаете?
Он хотел было заявить, что возражения, ежели таковые имеются, в его положении вряд ли уместны, но вовремя прикусил язык. Да и потом… Пусть уж лучше Эмма покопается в его вещах, чем тот же дядюшка. Ничего интересного — или хотя бы того, чего он не смог бы объяснить, — она все равно не найдет.
— Буду премного благодарен, — под испытующими взглядами родственников и деревенских мстителей буркнул Эван, с ужасом ощущая, как чуть пониже поясницы просыпается знакомый зуд.
По коридорам я бежала, подхватив длинную юбку и не замечая препятствий. Встань на моем пути Миледи, и сквозь нее пронеслась бы не раздумывая. Конечно, Деррек обещал, что в мое отсутствие Нейвара никто не тронет — без этого обещания я наотрез отказалась покидать кабинет, — но на сердце все равно было неспокойно. Хотелось уже поскорее разобраться в этой жуткой ситуации… и подумать, что происходит и почему я вижу практически вещие сны. Раньше за мной такого точно не водилось!
Так и добралась до комнаты Нейвара — бегом, одолеваемая дурными мыслями и смутными предчувствиями. Дверь оказалась не заперта. Памятный по недавней поездке чемоданчик стоял возле разворошенной кровати, и лезть в него, пусть даже и с разрешения хозяина, было неловко. Но не к месту проснувшийся такт я поборола быстро и нужную ярко-красную папку отыскала. Правда, вытащить без проблем ее не получилось…
— Демоны! — прошипела я, когда чемоданчик завалился набок, и его содержимое вывалилось на пол.
А внутри-то он гораздо больше, чем снаружи…
К резной шкатулке руки потянулись сами. Опомнилась я, уже откинув крышку… и передумала ругать себя за излишнее любопытство. Зелья! Разные, на любой вкус и цвет — в самом что ни на есть прямом смысле. Маленькие флакончики, рассчитанные на одно применение, ютились в специальных ячейках и переливались на солнечном свету как драгоценные камни. Я без труда опознала восстанавливающие, заживляющие, маскировочные… и меняющие внешность. В ячейке с этими зельями не хватало одного флакона. Недаром чудилась мне в облике господина поверенного некая неправильность! Конечно, сама грешна, но вряд ли он скрывается от матушки и толпы женихов, то есть невест. Хотя, может, и этому есть разумное объяснение.
Решив не делать поспешных выводов, я принялась устранять учиненный беспорядок, да так и застыла, нащупав под небрежно свернутым шейным платком очень знакомую вещицу. Сжав пальцы, медленно, надеясь ошибиться, вытащила свою находку и рвано выдохнула.
Не ошиблась. На ладони, сияя мелкими кристалликами, лежала моя заколка, потерянная на кладбище в ночь, когда сыну нашего ювелира вырвали сердце.
Перед глазами потемнело. Нейвар был там. Был в ночь убийства! И его нашли рядом с телом сегодняшней ночью. Могло ли это быть простым совпадением? Вряд ли. В такое я никогда не верила.
С трудом поднявшись, я спрятала заколку в кармашек платья и, сжав дрожащими пальцами папку с документами, направилась обратно в кабинет лорда Грайвена. На сей раз медленно, оттягивая момент, когда вновь придется посмотреть в чистые синие глаза возможного убийцы.
До кабинета добрела все в той же растерянности, хотя и пыталась по дороге взять себя в руки и придумать, как вызвать господина поверенного на откровенность. Конечно, был один вариант, причем вполне надежный, но полагаться на него я опасалась — слишком многое здесь зависело не столько от моей внимательности, сколько от выдержки самого Нейвара. Больше идей не было, зато перед дверями в голову пришла пугающая мысль, от которой по позвоночнику разлился неприятный холодок: если Нейвар Карти и в самом деле тот самый убийца, видел ли он одну невезучую светлую ведьму, оказавшуюся не в том месте и не в то время? Конечно, сейчас я выгляжу иначе, но легче от этого почему-то не становилось.
