Комната была заполнена всякой ерундой — старой техникой, бумагами и книгами. Интересными в коллекции антиквариата были многочисленные виниловые пластинки. Вагиф не доверял цифровым носителям информации и, по возможности, собирал всё, так сказать, в «хардкопи» — бумажные книги, винилы и так далее. Можно было у него найти и магнитные кассеты и даже бобинные ленты, хотя воспроизводитель-«бобинник» был безнадёжно испорчен, и даже знания и навыки Вагифа не могли оживить этого динозавра шестидесятых годов прошлого века.
Вагиф придерживался всевозможных конспирологических теорий и считал, что в один прекрасный день цифровая информация может исчезнуть. «Читал Рея Бредбери? У него роман есть про то, как в будущем запрещают книги… Так вот, все эти электронные книги в один прекрасный день могут исчезнуть. А у меня всё тут сохранится. Я строго завещал детям — ничего не выбрасывать!»
Теперь Руфат вспомнил о нём…
По мнению Вагифа, миром управляла злобная кучка богачей, которая всё расписала — войны, экономическую политику, культурное развитие. Главное, эта группа людей всё могла предвидеть на несколько десятилетий вперёд. Их цель — обогащение и порабощение остального населения земли. Всё это было типично для подобных теорий, в которые Руфат никогда не верил.
Теперь Руфат засомневался…
В офисе звучала известная песня «Битлз» «All you need is love»… «Какая ирония!» — подумал Руфат.
Слова песни перемешивались с шипением и шорохом уже изрядно потрёпанной виниловой пластинки:
— Меня этот «ол-ю-нид» уже много дней преследует, — сообщил он Вагифу. Последний на компьютере верстал какую-то брошюру и что-то ворчал себе под нос.
— Жаль, что закрывается офис. Куда переедешь? На новую квартиру? — спросил Руфат.
— Да, мне дали жилье в Ахмедлах[1]…
— А все эти вещи куда перенесёшь?
— Пластинки, книги — на дачу…
— Нашёл новый офис?
— Пока нет. Наверно, первое время буду работать из дома. Клиентура у меня есть. А что касается ремонта техники — честно говоря, в последнее время мне это не приносило дохода. Сейчас сложной техникой занимаются специализированные дилеры. А всё остальное барахло уже никто не ремонтирует — легче новое купить.
— Точно, ремонт стоит дороже нового…
— Все эти крупные корпорации специально производят технику, чтобы она через какое-то время портилась безвозвратно. Ты слышал, что в Америке уже сто лет горит лампочка в одной из пожарных частей! Сто лет!!! Раньше покупал швейную машину — она передавалась из одного поколения в другое. Автомобиль можно было эксплуатировать двадцать лет. Значит, можно производить прочное оборудование. А невыгодно сучьему отродью, и поэтому сейчас лампочка больше года не работает… Машины, телевизоры — в них заложена бомбочка, через какое-то время кранты…
— Производитель айфонов признался, что обновлениями замедляют работу старых телефонов.
Вагиф встал и показал маленький телефон «Нокиа».
— Уже пятнадцать лет со мной! И никакого смартфона — никто меня не слушает…
— Кто надо, тот слушает…
Вагиф пожал плечами.
— Слушай, Вагиф, у меня вот какая история вышла…
— Валяй!
— Но сперва хочу задать тебе вопрос. Ты, пожалуйста, не обижайся — такой маленький «ЧтоГде? Когда?»…
— Давай! Что у тебя там?
— Вторая мировая война… Когда она произошла?
Вагиф встал и достал из ящика папку:
— Пару лет назад я тебе показывал одну вещь — ты тогда сказал, что всё это ерунда.
Руфат превратился в слух.
— Так вот, ты слышал про Бильдербергский клуб. Он создан… в 1954 году.
— Так…
— Вот тебе и начало Второй мировой войны! До сих пор продолжается… Мы — подопытные кролики… Винтики…
— Ах это! — воскликнул с досадой Руфат.
«Значит, Вагиф — тоже часть нового виртуального мира, — подумал Руфат. — Его так хорошо скопировали, он продолжает жить своей старой жизнью, посвященной борьбе с «мировым правительством».
