— Оставьте ее в покое, — тихое, но рыком Вадим, вступаясь. Шаг в мою сторону. Да и я уже к нему.
— Че ты вякнул? — свирепо на Буйтова. Взгляд метнул в мой бок: — Держите эту суку!
Подчинился тотчас его человек, верзила: ко мне, наперехват.
— А ты, упырь, иди сюда! — молнией к Вадику.
— Отвали! — рычу ублюдку, пытаясь уйти от его цапанья. Но тот ловчее — за руки ухватил и вмиг заломил их за спину. — Отпусти, тварь! — отчаянная моя попытка отбиться.
— Че вам надо?! — яро рявкнул Буйтов.
— Че-че? — борзое Главного. Взором бурит его. — Готовь бабло, Сука! Раз водить, тварь, не умеешь!
— Какое бабло?! — визжу, ошалевши, я. — Вы че слепые?! Там овца под колеса кинулась, — мотнула головой в сторону дуры, след которой давно уже простыл. — Не затормози он — трупяк бы был!
— Какая овца?! Че ты мне лечишь?! — яростное на меня, нервно плюясь.
— И это вы нам в зад влетели, а не мы! Дистанцию надо держать было! И куда сам смотрел, а?! — не уступаю в бешенстве.
— Я те сейчас поумничаю, — шаги ко мне ближе.
— Сейчас ГАИшников вызовем. И разберутся… кто кому что должен, — раздраженно запричитал Вадик, вынув телефон из кармана, и лихорадочно принялся по кнопкам бить пальцем, набирая номер.
— Ты че, охуел?! — ополоумев. Резвый разворот — удар по рукам тому, отчего тотчас улетел аппарат на асфальт. — В *чко себе засунь! Какие менты?!
— А че такое?! — ору, вырываясь. — Зассал?
— Я те сча въебу! — неистово в мою сторону.
— Ника, не лезь! — гневное Буйтова неожиданно на меня. — Ребята, — уже более сдержано, мягко. Растеряно пожал плечами Вадим: — Че не так? Если вы правы — вам по страховке все выплатят!
— Я с этими гнидами связываться не хочу! Как и ждать, с бумажками твоими возиться! Живо, — кивнул в сторону, — ноги в руки — и за баблом. Тридцатка с тебя! А баба твоя — пока с нами побудет, для успокоения, так сказать, души. Час у тебя, Сука. А задумаешь слинять, или кому стукануть — учти, везде найду и сам выебу.
Сжал сильнее меня мой захватчик в своих лапищах и вдруг силой потащил к автомобилю этих уродов.
— Вы че, парни?! — отчаянно выпучил зенки мой… «жених». — Не трогайте ее!
— Рожу через Женьку найди! — взвизгнула я из последних сил. Плюхнулась лицом на заднее сидение. Гневные попытки сопротивляться, вырваться — тщетно.
— Час у тебя! Будем ждать у кафе. Кто лишний появится — учти: и ее порежем, и тебя потом найду!
— Это вымогательство… и похищение! — возмущенно, хотя явно сдав позиции.
— А еще мокруха будет, если еб*ло не завалишь и молча не исполнишь! Всё, ясно?!
— Не смей! Роже звони! — снова воплю, сквозь отрытое окно. Отчаянно сверлю взглядом утонувшего уже в трусости Буйтова.
Дерганый взор его около — и поддается: шаги к машине — нырнул в салон. Взвизгнули шины…
Рамсящий — к нам, и тотчас за руль. Третий же — с другой стороны от меня прыгнул: зажали вместе с захватчиком меж собой. Развеселый, гадкий взгляд, меряя с ног до головы.
— Черт, хоть бы завелась еще, — нервно выругался Водила.
Дернулась я обиженно в тисках похоти.
— Уроды вы, — капитулируя. — Пиздец вам будет.
— Ага-ага, — ядовитое. Обернулся ко мне Главный. Глаза в глаза: — Завались, а, — скривился. — Я хоть и добрый… но не настолько. За*бешь — вы*бем. Все, без разбору. Понятно? И на счетчик с процентами поставим.
— Ваша тачка тут не больше сотни стоит. Какие тридцать? — сплевываю борзо.
Ухмыльнулся вдруг. Закачал головой:
— Ты или больная… или смертник.
Отвернулся. Взревел мотор — тронулись.
— А может, ей нравится… чтоб ее толпой, — неожиданно загоготал Третий.
Ухмыльнулся Водила, взор в окно заднего вида, на меня — уловила, ответила тем же.
— Ниче… и не таких вылечивали, — рыкнул паскуда.
Резиновые… бесконечные минуты немой перепалки взглядов с Главным, зажиманцы на заднем сидении с остальными двумя отморозками.
— Тебе хоть восемнадцать есть? — едко ухмыльнулся вдруг Водитель.
— Пятнадцать, — открыто язвлю.
— Гы-гы, — паясничая, тотчас выдал Третий. — А че тогда так старо выглядишь?
— Пошел ты, — дернулась, невольно пнув локтем.
Рассмеялись все трое.
— Че с этим хлюпиком забыла? — внезапно обернулся ко мне Водила. Глаза в глаза. — Ты ж его тупо авторитетом зачмыришь. Задавишь. Или нравятся подкаблучники?
— И чем он подкаблучник? — едкое мое.
— А тем, что я*ц у него нет, — уверенное, давясь странной ухмылкой.
— Ты сам проверял, или кто подсказал? — сплевываю яд на автомате, поспехом.
— А может, и ч*ена, — едкое хихиканье «Юмориста».
— А может, он пальцем виртуоз, — заржал, отозвался вдруг Захватчик.
— Нормального тебе надо… а то… запилишь до смерти, бедного, — улыбнулся Водитель.
— А «нормальный» — это типа вас? — язвлю. — Как вы уже все за*бали этим словом! — сама не поняла, как выпалила. Накипело. Действительно… накипело. — То одним тот не такой, другим — этот. Проще одной быть, — обижено буркнула, опустив голову.
— Проще, — гыгыкнул вдруг Третий. — Но не так весело.
— Будь снами, — ухмыльнулся, произнес как-то жутко, пугающе Захватчик.
Внезапно дернулся и ухватил меня за грудь.
— Отвали, придурок! — отодрала, отбила его руку от себя.
