— Я ученый, большой ученый, но меня не ценят. Не дают продвинуться. Десять лет держат на должности младшего научного сотрудника. Знаете, какие это мизерные деньги? А я должен быть старшим, ведущим, главным! Они еще пожалеют, что не ценили меня! Да я им устрою такое…
— Как много дерьма-то в тебе скопилось. Давай поспокойнее. Так ты не врач?
— Я биолог, участвовал в разработке лечебных препаратов для людей.
— Что за бункер, в котором ты сидел?
— Это секретная лаборатория.
— Подробнее. Не заставляй меня нервничать.
— В советские годы здесь был небольшой фармзавод. Производили антибиотики. В период бардака и безвластия завод загнулся. Оборудование растащили. Лет пять назад я приезжал в Валяпинск, видел разграбленные цеха. В окнах даже рам не было. И вот развалины решили снести. Будут строить торговый центр с кинотеатром и прочей дребеденью. Во время сноса обнаружили подвал с тяжеленной железной дверью. А там… — Доктор как маятник закачал головой и сделал пространный жест рукой.
— Давай без пауз. Дверь я видела.
— Как я понял, при заводе имелась секретная лаборатория или что-то типа хранилища особо секретных препаратов. До бункера вандалы не добрались. Когда дверь вскрыли, обнаружили много ампул и пригласили меня.
— Кто пригласил?
— Барсуков, начальник городской милиции. Он владеет этой землей, он всем здесь владеет! Его все слушаются и боятся. Он может такое! Да он вас…
— Хватит пугать Барсуком! Сейчас ты должен бояться меня. Давай про ампулы.
— Да-да, конечно. Нашли ампулы. Барсуков приказал разобраться, определить, что это и для чего. Хотя никакой документации я не обнаружил, но понял, что это препараты для людей. Сразу стало ясно, что состав сложный. Проводить всесторонний химический анализ таких препаратов довольно хлопотно и долго. Для этого надо ехать в Москву и брать ампулы с собой. Барсуков возражал. Он не хотел распространения информации. Как чувствовал…
— Что он чувствовал?
— Барсуков предложил простой выход. Раз это препараты для людей, то надо их испытать на людях. Он приказал использовать солдат-охранников. Я начал действовать. Вкалывал содержимое ампул и ждал. Гораздо проще наблюдать за воздействием на живой организм, чем расшифровывать химическую формулу. Поначалу у меня было скептическое отношение к этому. Столько лет хранения… Конечно, в бункере относительно ровная прохладная температура, но содержимое все равно могло испортиться.
— Итак, ты вколол ампулы двум подопытным. Что дальше?
— Всё-то вы знаете, — пьяно осклабился Доктор. — Может, сами продолжите.
— Не глумись, скотина! Ты делал опыты на мальчишках. На нем, на его друзьях. Одного из них уже нет. Ты сжег его!
— Это не я! Барсуков приказал.
— Рассказывай про уколы, если хочешь жить.
— Эффект был, — заторопился Доктор, — причем ярко выраженный. Поведение солдат давало четкую картину. Анализ крови, мочи, слюны ее подтверждал. Я идентифицировал удивительные по силе воздействия амфетамины, обезболивающие препараты, усыпляющие и парализующие вещества и ту дрянь, что вы мне вкололи. В просторечии ее называют «сывороткой правды».
— Это редкие препараты?
— Не то слово! Их производство всегда было секретным.
— Как же их прошляпили раньше?
— Я думаю, ампулы, да еще в таком количестве, сохранились случайно. Кто-то забыл их вывезти или сознательно припрятал до лучших времен, а сам сгинул. К чему теперь гадать. Во время развала Союза и не такое случалось.
— Их возможная стоимость?
— Хм. Попробуйте купить. То, что запрещено, всегда стоит дорого. Конечно, их можно тупо использовать как наркотики, но это все равно что приколачивать рельсы золотыми костылями. Не сомневаюсь, что есть особые люди и структуры, готовые выложить за них весьма круглую сумму. Нетрудно догадаться, кому они могут понадобиться.
— Террористам?
— В том числе.
— Тархан приехал за ними?
— Я не знаю никакого Тархана.
— Он разговаривал с Барсуковым сегодня утром.
— Я не знаю Тархана. Я ничего не знаю о продаже!
— Врешь! Люди Тархана тебе помогали. Трое кавказцев. Они держали Субботина и Глынина, когда ты делал им уколы.
— Ах, эти.
— Один из них только что пытался помочь тебе в подвале.
— Я их не знаю. Их прислал Барсуков. Мне нужен был свежий организм для опытов, а двое охранников уперлись. Пришлось применить силу.
— Что ты им вколол?
— Это были самые секретные ампулы. Они хранились в отдельном сейфе в специальных герметичных контейнерах. Я сразу заподозрил, что у них особое предназначение.
— Какое?
Доктор покосился на солдата.
— Этот вопрос нам лучше обсудить вдвоем.
— Говори!
— Осталось 18 часов.
— До чего?
— Да что ж вы лезете куда не нужно.
— Отвечай!
— До катастрофы! — сорвавшись, выкрикнул Доктор. — До настоящей Большой Катастрофы!
Полковник Барсуков пил чай на рабочем месте.
