По имени Корнеев отсортировалось три письма: два старых и одно новое, непрочитанное. Я открыла самое раннее письмо, пришедшее три дня назад. Уже после первых прочитанных строк горло судорожно сжалось.
«Вы провели инъекции VRA13? Это безумие! Вы отпустили на свободу монстра!..»
Измотанный за вторые сутки дежурства майор Звягинцев не стал заходить в кабинет раздосадованного начальника, а доложил по телефону:
— Геннадий Андреевич, телефонный номер Доктора зафиксирован в районе «нашей Рублевки». Там же продолжает находиться один из разыскиваемых абонентов.
«Рублевка! Как же я сразу не догадался!» — упрекнул себя Барсуков, а вслух ответил:
— Это она. Второго можешь исключить. Перегруппируй людей на этот район. — Затем переключился на секретаря и дал указание: — Ко мне никого не пускать.
Барсуков прошел в комнату, напичканную аппаратурой, и запер за собой дверь.
Уютный коттедж на Лесной улице, куда он поселил Доктора, достался начальнику УВД в подарок за развал уголовного дела. Молодящийся владелец ресторанов и популярного ночного клуба сбил в пьяном виде двух девушек. Одна из них погибла, другая стала инвалидом. Бизнесмен с места происшествия скрылся, но показания очевидца, запись камеры наблюдения и оперативно найденный «Мерседес» с разбитым бампером плотно подводили его под статью.
Барсуков еще с малых звезд на погонах уяснил золотое ментовское правило: нашел улики — подумай, как извлечь выгоду. Срок бизнесмену светил небольшой, ушлый адвокат с помощью щедрых взяток мог добиться даже условного, но Барсуков знал тайную жизнь незадачливого гонщика. Оперативники доставили бизнесмена в его кабинет. Как водится, слегка помяли и нацепили браслеты. Дальнейшее было просто. Красочное описание «радостей» предварительного заключения заставило насмерть перепуганного пассивного гея наложить в штаны прямо во время «дружеской беседы». Ради свободы он был готов на всё. Отмахиваясь от неприятного запаха, полковник брезгливо принял ключи от новенького коттеджа.
Просторный дом в престижном районе ему понравился. Видеозапись ДТП как-то сама собой испарилась, следов повреждения на отремонтированном «Мерседесе» эксперт не обнаружил, а очевидцу мигом отшибло память после демонстративно изъятой у него из кармана дозы героина.
Коттедж оформили на Фонд Ветеранов Правоохранительных Органов. Барсуков оснастил его скрытыми цифровыми камерами и превратил в мини-отель. Там останавливались проверяющие из столицы, организовывался отдых для нужных людей. Все развлечения с сильно накрашенными девочками, а порой и мальчиками фиксировались камерами и передавались на компьютер в тайной комнате Барсукова. Когда требовали обстоятельства, полковник посылал незадачливому гостю запись и копию паспорта с невинной мордашкой, из которой следовало, что похотливый дядя совратил пятнадцатилетнюю сиротку из школы-интерната.
За несколько лет работы «отеля-для-своих» полковник повидал всякое. Но даже он изумился изощренному садизму Доктора. Барсуков догадывался о тайном пристрастии бывшего земляка, поэтому и пригласил его для секретных исследований. Для полного контроля над специалистом требовались убедительные улики. В первый же вечер Барсуков напоил Доктора, вызвал на откровенный разговор о тайских девочках и намекнул, что и в Валяпинске пикантный отдых тоже можно устроить. Покрасневший толстяк скромно потупил распалившиеся глазки, облизнул губы и попросил «самую худенькую»…
Полковник сел поудобнее, включил монитор и занялся излюбленным делом. В маленькой комнате, примыкавшей к кабинету, он проводил долгие часы, слывя среди подчиненных трудоголиком. Он наблюдал за интересующими его людьми, выискивал ценную информацию и бесценный компромат.
Возможно, в мире есть безгрешные люди, но среди воротил бизнеса и высокопоставленных чиновников они почему-то не встречаются. Либо большие деньги и власть портят душу и совесть, либо совестливые и честные изначально остаются на обочине жестоких гонок за капиталом и должностью. У парадоксальной закономерности имелось еще одно объяснение. Мудрый Наставник как-то проговорился: я возвышаю негодяя, потому что прекрасно знаю гнилые струны его душонки и уже опробовал их. Собачий вальс исполнить проще, чем высокую симфонию.
Барсуков кликнул «иконку» мини-отеля. Большой экран расчертился на шестнадцать квадратов, по числу цифровых камер в особняке. Скрытая камера имелась даже в ванной комнате над джакузи. Полковник сразу заметил нужный квадрат и увеличил его. В столовой Николай Субботин сосредоточенно тыкал вилкой в заваленную снедью тарелку, а рядом, примотанный к стулу, кривился от злости Доктор. Полковник дважды прощелкал остальные камеры. Светлого Демона в доме не было. Его сердце радостно затрепетало. Взять солдатика в знакомом доме под прицелом камер проще простого. Вот и решение главной проблемы.
Он схватился за телефон:
— Кондратьев, есть новость. Субботин в нашем мини-отеле. Гони туда своих людей, и ждите меня. Я выезжаю.
