Тем не менее, на странице какого-то московского городского общества казаков имя Григория Емельченко мелькнуло среди пяти других основателей «Фонда казачества». Этот сайт оказался таким же туманным, как и остальные, но Кис не пытался вникнуть в дела казаков, он хотел найти информацию о Грише. И вот нашел.
Основатель, значит. Что же, неплохое положение. Есть, видимо, что терять.
Пролистав еще несколько страниц сайта, Алексей нашел в разделе «События» горячее поздравление Григорию Емельченко от товарищей с предстоящей свадьбой. Она должна состояться через неделю, поздравление же было опубликовано месяц назад. Всего несколько дней спустя после смерти Ольги…
На фото Гриша стоял под руку с блондинкой – по виду лет так на 20 моложе его, не меньше. Девушка несколько натужно улыбалась, держа в сгибе локтя букет цветов «веником». Фамилия невесты показалась Кису знакомой, и он вернулся назад и еще раз назад… Ага, вот оно: Всеволод Борич, председатель фонда московского казачества. Анастасия Борич, невеста, была, без сомнения, его дочерью. Породнившись с этой семьей, Гриша укреплял свое положение и карьеру. И вряд ли он сообщил невесте и ее отцу-председателю о том, что бросил своего ребенка и оставил его мать без помощи. Да и в свете «православной нравственности» рождение сына вне брака наверняка воспринималось бы аморально. Так что причины для того, чтобы избавиться от Ольги, у Григория имелись, ох как имелись!
Номер Емельченко снова прикинулся глухим. Детектив послал смс-сообщение: «У меня на руках справка об отцовстве. Позвоните».
Уточнять, о чьем отцовстве идет речь, Алексей не стал: Грише и без того понятно.
И впрямь, не прошло и трех минут, как он перезвонил.
– У меня есть полчаса до важной встречи. Где вы находитесь?
Алексей продиктовал адрес офиса.
– Буду минут через десять.
Он и впрямь приехал вскорости – видимо, был где-то по своим делам поблизости.
По сравнению с описаниями, полученными от соседей и Аси, Григорий немного изменился в лучшую сторону: подтянулся, сбросил лишний вес и каким-то образом помолодел. Эстетическая хирургия или иные методы омоложения, но тут явно что-то вмешалось в облик «казачка» даже по сравнению с фотографией на сайте месячной давности. Что еще раз свидетельствовало о том, насколько этот брак важен для Гриши.
Войдя в квартиру Алексея, он сухо кивнул, проследовал в кабинет, следуя жесту детектива.
– Я понимаю, как это выглядит в ваших глазах, – заговорил он первым. – Но я…
– Полиции о вашем отцовстве ничего не известно, полагаю? – перебил его Алексей.
– Надо думать. Где вы нашли справку?
– В морозилке.
– Хорошо работает наша полиция, – усмехнулся Гриша. – Если бы они нашли, то спросили бы меня, правильно?
Кис кивнул.
– Значит, не нашли… Я вам все объясню. Только не сообщайте полиции об этом. Они воспримут такой факт как мотив для убийства, начнут меня трясти, и все выйдет наружу. А я очень дорожу своей репутацией.
– Да? Я думал, вы скажете: «Своей невестой».
– Ею тоже.
– Вообще-то вы не в том положении, чтобы ставить мне условия.
– Я вам не позволю… – голос Гриши устремился вверх, к командному окрику, как вдруг оборвался. Казак шумно вдохнул, выдохнул. – Я не ставлю условия, нет. Я прошу.
Похоже, что это слово Григорий произносил столь редко, что оно прозвучало с необычайной торжественностью.
– В принципе, я с полицией не сотрудничаю, – ответил Алексей. – Я ищу настоящего убийцу Ольги, с тем чтобы снять обвинение с Аси Кавериной, ее соседки. У вас имелся веский мотив для убийства. Если вы докажете мне, что к смерти вашей любовницы непричастны, то информировать о вашем отцовстве полицию незачем.
