Она стояла возле моря в красивом длинном платье. Ее волосы, заплетенные в мудреную прическу, развивались на ветру. Она подметила, что стоит возле черного камня, а волны бьются о берег. Море бушевало, вокруг нее был лес. Зеленые верхушки деревьев покачивались из стороны в сторону. Ее окликнули. Девочка повернулась. К ней направлялся парень, который подбежал и обнял. — Ларри с Еленой нас ждут. Они устроили грандиозный праздник. Екатерина улыбнулась и побежала с ним в сторону замка.
Приходит день, приходит час,
И понимаешь: все не вечно!
Жизнь бессердечно учит нас
О том, что время быстротечно.
О том, что нужно все ценить,
Беречь все то, что нам дается.
Ведь жизнь как тоненькая нить,
Она порой внезапно рвется…
Пролог
Она стояла возле моря в красивом длинном платье. Ее волосы, заплетенные в мудреную прическу, развивались на ветру. Она подметила, что стоит возле черного камня, а волны бьются о берег. Море бушевало, вокруг нее был лес. Зеленые верхушки деревьев покачивались из стороны в сторону. Ее окликнули. Девочка повернулась. К ней направлялся парень, который подбежал и обнял.
— Ларри с Еленой нас ждут. Они устроили грандиозный праздник.
Екатерина улыбнулась и побежала с ним в сторону замка.
Катя — самая обычная привлекательная девочка двенадцати лет с темными волосами, красиво распущенными в любой позе; карими глазами, выражающие некую беспомощность и в то же время радость; и имеющая двух ненавистных сестер. Ее любимое хобби — танцы. "Я жить без них не могу!" — говорит Катя. Она ходит в самую обычную школу и неплохо учится. У нее нет лучших подруг, ее иногда предают, но она, Катя, уже имеет неплохого парня и радуется жизни. Конечно, только в школе. Дома ее достают ее сестры и одиночество без лучших подруг. Но она не отчаивается, ведь жизнь неизвестно как повернет…
— Ох! Эту задачу невозможно решить!
Двенадцатилетняя девочка с темными волосами, распущенными как попало, сидела за столом, уткнувшись лицом в книгу.
— Что, Катя, мучаешься? — Раздался ехидный голосок сестры Дианы, заглянувшей в этот момент в ее комнату.
Вторая сестра, Марина — была сводной. Маму попросила какая-то троюродная сестра принять девочку, потому что ее двоюродная сестра умерла. Марина постоянно бегала за старшей сестрой и подчинялась каждому слову Дианы.
— Не ваше дело, мучаюсь я или нет. И вообще — что вы здесь забыли? — Катя отодвинулась от стола и посмотрела на сестер в упор.
— Мы как сестры тебе вообще-то, — Маришка театрально надула губы. — Нам что, нельзя приходить к собственной сестре?
— А ты мне сестра? — Наигранно удивилась Катя и нахмурилась. — Марина, хватит играть в театр. Мы не маленькие дети.
— Ну и ну, сестра называется, — покачала головой Диана и исчезла. За ней в коридор выбежала и вторая несносная сестричка.
Май. Какое хорошее слово. Пусть не такое многообещающее и дразнящее, как март, не такое пружинящее надеждами, как апрель. Май — это уже нечто свершившееся, то, что было пульсирующим древесным соком, прорвалось в листья.
На темном безоблачном небе показалась бледно-желтая луна. Сегодня она освещала большую часть города. В распахнутое настежь окно влетел свежий осенний ветерок. Зашуршали листья, плавно опускаясь на пол. Но Катю это совершенно не волновало. Она сидела на кровати, поджав ноги под себя и, рассматривала альбом с фотографиями. Вот она красиво, в прыжке, летит в воздухе, раскрыв ноги в шпагате. Вот она танцует со своей группой. Вот ее первая учительница, молодая красивая девушка с длинными вьющимися волосами. Она больше всех любила ее, но группа распалась и Катя перешла в другой коллектив. Сначала никто не обращал на нее внимания, но потом девочка нашла подружку, на два года старше ее. Вот вторая учительница, немного полная, строгая, но отзывчивая. Мария Михайловна, так звали ее руководителя, придумывала неплохие танцы и обещала выдать диплом. Конечно, это радовало Катю. В воображении она уже видела себя хореографом…
Ее размышления прервала мама.
— Екатерина! — Воскликнула она. Мама была среднего роста, не высокая и очень стройная, как березка. Волосы у нее рыжие, слегка волнистые и не длинные — до плеч. Глаза зеленые и большие. Папа говорит, что у мамы глаза как у кошки. Она говорит всегда тихо и ласково. Еще мама добрая и справедливая.
— Быстро закрой окно и вымети листья! Ну что это такое, девочка моя?
Мама, когда злилась, всегда называла дочку полным именем. Катя не любила расстраивать ее, но имя Екатерина — нравилась ей больше. Намного больше.
Катя глубоко вздохнула, отложила альбом, но послушалась и закрыла окно. Затем пошла на кухню, взяла веник с совком и вымела листья. Ее мама проследила за действиями девочки, неодобрительно покачала головой и ушла. Неожиданно она почувствовала, что что-то не так. Кончики ее пальцев загорелись, словно внутри них был свет. Екатерина тихо вскрикнула и села с постели. Вокруг нее кружил загадочный свет, как будто тысячи маленьких светлячков летели по кругу. Вдруг все исчезло. Также неожиданно, как и началось. "У меня галлюцинации" — подумала девочка и уснула. Снился ей странный и непонятный сон про вампиров, драконов, эльфов и какого-то парня, который непрерывно махал ей рукой.
***
