Взять верную ноту, исправить ошибку!
Не поздно зажечь солнце, новое небо и новые звёзды.
Но тут, в до этого величественном и грозном голосе проскользнули нотки страха и сомнения:
— Не поздно! Послушай! Я так не хочу быть один… в пустоте.
Ещё не поздно решить проблему, взять мажорный аккорд, красивую тему.
Не поздно жить без фальши, создать новый мир, лучше, чем раньше.
Не поздно! Послушай! Я так не хочу быть один… Властелин Ничего
И вот, слово вновь взяла девушка. Звучание её голоса по прежнему было спокойным и размеренным:
— Ты разыграл свой дебют фигурою белой.
Всё получил твой король, за размен королевой.
Вот он один на доске застыл обречённо.
Что ж, ты прекрасно провёл этот эндшпиль* за чёрных.
Тут в звучавшем ранее нежном голосе показались стальные нотки:
— Да, ты сумел отворить заветную дверцу.
Но мир что бог сотворил, рождён был из сердца.
Тот, кто сердца лишён — жизнь дарить не способен.
Жаль, но ведь ты не прошёл испытание любовью.
И снова Бог начал говорить. На этот раз его слова звучали яростно, он пытался показать своей собеседнице, что он прав. Он хотел убедить её в этом…или же себя?
— Ещё не поздно настроить скрипку
Взять верную ноту, исправить ошибку!
Не поздно зажечь солнце, новое небо и новые звёзды.
Не поздно! Послушай! Я так не хочу быть один… в пустоте.
Ещё не поздно решить проблему, взять мажорный аккорд, красивую тему.
Не поздно жить без фальши, создать новый мир, лучше, чем раньше.
Не поздно! Послушай! Я так не хочу быть один… Властелин Ничего.
Тут, на несколько мгновений всё затихло. Золотое пламя, что окружало Бога погасло, а его глаза потухли. Через секунду Бог и девушка запели вместе. И если в словах девушки был слышен приговор, то в речах Бога лишь отчаяние, боль и страх:
— Поздно считать ошибки, никто не даст мне новой попытки.
Поздно молить о смерти, кричи не кричи, никто не ответит.
Поздно, послушай!
И вновь девушка запела одна, с горькой насмешкой задавая Богу вопрос:
— Не ты ли хотел быть один?
На что получила полный мольбы ответ:
— Я так не хочу быть один…
А затем, они вновь запели вместе:
— Властелин Ничего.
Нам отзовётся одно лишь эхо, ни женской улыбки, ни детского смеха
Не будет! Отныне ты один в холодной и мёртвой пустыне.
Поздно, послушай! Уже не спасёт никого… Властелин Ничего. Поздно!*
В зале царила гробовая тишина. Бог, ещё недавно взиравший на этот мир с недосягаемой высоты, восседавший на троне, в своей незыблемой твердыне, стоял на коленях, посреди пепла, в полном одиночестве и … плакал.
Большой Зал взорвался аплодисментами.
Гарри сидел в гостиной своего факультета и бесцельно смотрел в окно. Атмосфера на улице была под стать той, что творилась у него в душе. Над Хогвартсом нависли тяжёлые свинцовые тучи, бушевал промозглый, промораживающий до костей, ветер. Всё вокруг было … безжизненно и серо.
Когда Гарри узнал, что он волшебник, он был счастлив, вся жизнь, до этого состоящая лишь из серых будней и ругани родственников, вдруг превратилась в сказку! Он начал учиться в магической школе! У него появились друзья, и много! Но более того, он оказался знаменитостью! Поначалу это смущало и, чего уж греха таить, радовало. Гарри редко уделяли внимание, а уж такое… Но вскоре эта популярность надоела. Все видели в нём героя, но он им не был! Его даже прилежным учеником назвать трудно. Однако никто не обращал на это внимания, каждое, даже небольшое, его достижение раздувалось до невероятных величин, а промахи игнорировались. Так продолжалось на протяжении первого и второго курса, но в этом году всё изменилось.
Сначала в поезде на него с друзьями напал дементор, и он грохнулся в обморок! Ни с кем такого не произошло, только с ним! Это было так унизительно! Но это было только начало! Проклятые чудища вновь появились на матче по квиддичу, и он снова потерял сознание, на глазах у всей школы! Боже, когда он пришел в себя и узнал об этом, то был готов провалиться под землю, но к сожалению, кровать в Больничном крыле этому не способствовала. Единственный плюс во всём этом — обучение у профессора Люпина. Он, несомненно, лучший преподаватель Защиты от Тёмных Искусств из всех, что у них были. А заклинание Патронуса, которому Профессор его обучил, вселяет в него уверенность, что в следующий раз он сможет дать сдачи.
