Война с наркотиками проиграна. Они стали неотъемлемой частью жизни британского общества – и не только его отбросов, но и сливок: модных журналистов, олигархов и юных аристократок. Все, что мы можем сделать, – обложить их акцизом, как табак и алкоголь, и следить за качеством. Именно в этом смысл законопроекта о легализации всех наркотиков, который предлагает скромный член парламента Питер Педжет. Общество раскололось, министр финансов предвкушает огромные доходы, Питер становится национальным героем. Но пока закон не принят, наркоманы – от неотразимой рок-звезды Томми Хансена до маленькой проститутки Джесси – должны выбираться из криминальной паутины самостоятельно. Да и сам Педжет не подозревает, что чем выше взлетает, тем безнадежнее запутывается в другой паутине, политической. Ведь погубить способны не только наркотики.
Меня зовут Томми Хансен, и я алкоголик. Молодой человек поднялся с одного из серых пластиковых стульев, стоящих в круг, и теперь, заявив таким образом о себе, обводил взглядом выжидающие лица собравшихся. Атмосфера в маленьком церковном помещении, которая до этого была спокойно-уважительной, внезапно накалилась.
– Но, разумеется, вы это знаете.
Знаменитая улыбка. Щенячьи глаза. Жизнерадостный, хитрый, подкупающий аккрингтонский акцент, лишь слегка американизированный.
– Да, мы с вами алкоголики, ребята. Именно поэтому мы здесь. АА – Анонимные Алконавты – как я это называю. Зачем отрицать очевидное, мать его? Но мы должны пройти через эти страдания. Должны все сделать правильно. Это ведь
Среди собравшихся не было ни одной женщины, которая бы не вымыла за Томми чашку. Более того, возможно, некоторые мужчины тоже бы не отказались от этого, но все пытались сосредоточиться, в конце концов, по идее это анонимная встреча.
– Итак, как я уже сказал, меня зовут Томми Хансен и я алкоголик Вдобавок я еще и наркоман, но это я говорю на встречах наркоманов. Прикиньте, у меня весь день занят! Весь день я говорю о том, какой я глупый, испорченный, самовлюбленный ублюдок. К вечернему чаю у меня уже башка трещит. Мне нужно бухнуть и занюхать пару дорожек.
Не поймите меня превратно. Я люблю эти встречи, чесслово. Только ими и живу. Как и все мы, зануды, говорить о себе, настаивать, сгущать краски. Больше ведь нам ничего не осталось, верно?
Короче, я расскажу вам о том вечере – знаменитом вечере Британских Наград, потому что сомневаюсь, что человек в состоянии выпить больше, чем я в тот раз. Ну, в любом случае вы всё читали в газетах, так что я ничего нового вам не расскажу; разница в том, что я расскажу правду, а не то, что эти ублюдки напридумывали в своих писульках. Дело в том, что у меня в тот день сорвало крышу, поэтому я был вроде медведя-шатуна. Причину вы сами знаете, вы ведь все рецидивисты. Достаточно отказаться от пива – и ты теряешь устойчивость. Так что стоит только попробовать, как вырубаешься с три раза по пол-литра шанди.[1] Я в рот ничего не брал целый месяц, а это неслабое усилие, потому что я обожаю пропустить пинту, чесслово, но Элтон Джон сказал, что если он еще хоть раз увидит меня бухим, то врежет мне своей тиарой. Поэтому я старался как мог. Типа он ведь живая рок-легенда, так что приходится постараться.
Господи, но как же мне было тошно по трезвянке! Не было никакой возможности продолжать в том же духе. Вы знаете правила – нужно
Так что пока я живу и дышу, сохрани меня господь когда-нибудь быть трезвым на Наградах. Именно поэтому, возвращаясь к настоящему моменту, учитывая то, что я, чесслово, соскочил и пришел на эту встречу поговорить с вами, ребята, я поклялся больше ни на одних Наградах не показываться. Прикиньте, в прошлом году я говорил то же самое!
