Первая книга Брайди Кларк была опубликована в девятнадцати странах и стала бестселлером. "Светская львица за одну ночь" — второй роман американской писательницы. Это история Золушки со Среднего Запада, которая мечтает о карьере модельера и отправляется попытать счастья в Нью-Йорк, где встречает истинного аристократа, красавца-антрополога. Тот решает поставить эксперимент: за три месяца сделать из провинциалки звезду нью-йоркского бомонда и написать книгу, в которой откроет всю правду. Он сутки напролет проводит с девушкой, обучает ее хорошим манерам, водит по светским приемам и постепенно забывает о том, что в его планы никак не входит влюбиться в предмет своего исследования.
Главный редактор журнала “Таунхаус”
Меллори Килер приглашает вас
на презентацию первого номера
нашего издания.
Презентация состоится 2 декабря
в 7 вечера в клубе “Даблз”, Пятая авеню, 783.
Наряды вечерние — вас будут фотографировать.
— Ну Уайет, ну солнце мое, ну пожалуйста! Когда ты сердишься, у меня просто сердце останавливается!
Уайет Хейз IV закурил свой излюбленный “Данхилл”, стараясь сохранить на лице спокойное выражение. Стоявшая перед ним девушка — роскошная красавица, грациозная, как породистая кошка, моложе его на восемь лет — казалось, и впрямь испытывает все те неприятные ощущения, какие ей и полагалось испытывать. Играла музыка, их обтекала модная толпа, а ее хоть к аппарату искусственного дыхания подключай.
Звали красавицу Корнелия Рокмен. Светло-русые волосы, зеленые, опушенные черными ресницами глаза, прелестнейший из носиков, какие только может сотворить пластическая хирургия. Возможно, вы о ней слышали. Если вас заманили на прием в честь презентации “Таунхауса”, как заманили Уайета, вы просто не можете не помнить ее фотографию. Она самодовольно улыбалась с обложек разложенных по всему элитному клубу номеров новорожденного журнала и красовалась на огромных рекламных постерах на улицах Нью-Йорка: Корнелия благосклонно смотрит на вас, точно святая покровительница какого-нибудь купца или аристократа на ренессансном портрете. Это доказывает, как обманчива бывает внешность.
— Прости меня, Уай! Слышишь, прости, — Корнелия уже не говорила, она едва шептала. — Я ведь почти и не знаю Тео Голта. Просто Дафна — это мой пресс-секретарь — попросила меня встать рядом с ним, чтобы сделать несколько снимков. Мне нужно привлечь к себе побольше внимания, ведь я хочу принять участие в рекламной кампании “Бэджли Мишка”, тут одними красивыми платьями на светских тусовках не обойдешься.
Это ей-то надо привлечь к себе побольше внимания?! Да постерами с изображением этой анорексички и без того весь Манхэттен обклеен!
Уайет медленно выдохнул дым. Стряхнул пепел с лацкана своего вечернего бархатного пиджака. Молчание длилось, длилось… Точеное личико Корнелии исказилось от страха. Уайет внимательно рассматривал тлеющий конец сигареты. (Он был единственный, кому позволялось курить в помещении, именно поэтому он и не расставался с этой привычкой.)
— Ради бога, скажи что-нибудь! — взмолилась Корнелия.
Что он мог ей сказать? Что его девушка ведет себя как последняя плебейка, жаждущая стать героиней светской хроники, а он не может закрывать на это глаза? Если Корнелия готова пасть так низко, рекламируя себя, если она бежит на красную ковровую дорожку, чтобы повертеться возле очередной знаменитости, он наблюдать за этим безобразием не станет.
— Брось, Корн, ни к чему все это, — наконец произнес он, назвав ее именем, которое она терпеть не могла. Ему противно было наблюдать, как ее глаза тревожно бегают по лицам собравшихся в зале гостей — заметил кто-нибудь, что между ними произошла размолвка, или нет. Ее стремление вызывать всеобщее восхищение окончательно доконало его. — Мне завтра рано вставать. Поэтому я с тобой прощаюсь.
— Как прощаешься? Ты же только что из Зимбабве, мы даже повидаться толком не успели…
— Из Танзании, — уточнил он.
— Ну конечно же из Танзании! Я и хотела сказать — из Танзании! А завтра? — Она склонила голову, устремив на него один из своих самых обольстительных взглядов. — Я могу приехать…
— Не получится, — он небрежно поцеловал ее в нежную, как у ребенка, щеку и пошел прочь, не замечая толпящихся вокруг богатых и именитых законодательниц большого света, а также золушек, пытающихся к нему примкнуть, которые кивали или махали ему, чтобы привлечь внимание.
Пусть наша экономика едва держится на плаву, страна втянута в войну, а мир на грани экологической катастрофы, глядя на женщин в клубе “Даблз”, никогда об этом не догадаешься, думал Уайет. Нынче вечером клуб был похож на роскошный цветник коктейльных платьев: красные “Валентино”, зеленые “Прада”, розовые и золотистые “Оскар де ла Рента”, самые же экзотические цветы, в переливах синего и фиолетового, сотворил Кавалли. И нарядившиеся в них юные прелестные создания жаждали быть сорванными, образно выражаясь, рукой такого мужчины, как Уайет Хейз IV. Они приехали сюда, сверкая фамильными бриллиантами, надеясь, что об их присутствии на рауте, где собрались сливки общества, завтра же напишут на сайте parkavenueroyalty.com или, что было бы еще удачнее, на страницах нового журнала “Таунхаус”, о котором все сейчас только и говорят. Очаровательные девушки. Не только хорошо одеты, но и по-женски обаятельны. Однако сегодня Уайет равнодушно прошел мимо.