Может ли мужчина любить сразу двух женщин? Почему его любовный пыл разгорается только тогда, когда он встречается с неопытной невинной девушкой, прекрасно понимая, что она не может удовлетворить его страсть так, как он желает? Как может чувствовать себя молодая вдова, узнав, что ее муж прежде был любовником ее матери? Ответы на все эти вопросы вы узнаете, прочитав занимательные любовные истории известной французской писательницы Доминик де Ру.Романы адресованы широкому кругу читательниц — как и все произведения, входящие в популярный во Франции цикл «Женская академия».
Мари-Анж медленно шла по кладбищу. После смерти Поля прошло уже три месяца, и вот теперь, придя первый раз на его могилу, она была удивлена тому состоянию, которое овладело ею в эти минуты. Перекрестившись, она наклонилась и положила цветы на холодную плиту из белого мрамора. Светло-желтые нарциссы переливались под яркими солнечными лучами, и какое-то мгновение Мари-Анж невольно любовалась их красотой. Нет, ничто здесь не могло вызвать у нее воспоминаний о муже, и она решила вернуться домой.
Сочувственное отношение родственников и знакомых очень утомляло ее. Она вовсе не желала смириться с положением тридцатилетней вдовы после двенадцати лет благополучной супружеской жизни. Шагая по дорожке кладбища, Мари-Анж рисовала в своем воображении драматическую картину: она сидит за рулем своей автомашины, которая на полной скорости врезается в какое-нибудь дерево на обочине дороги. Да, тогда уже через десять минут после печального известия каждый не кривя душой мог бы сказать про нее: «Ах, эта бедная и несчастная Мари-Анж!»
Такси остановилось у подъезда ее дома на проспекте Анри-Мартен в начале одиннадцатого. Поднимаясь на лифте, она думала о том, что после того, как ее матери за завтраком деликатно сообщили бы о случившейся трагедии, та больше не стала бы относиться к ней как к безответственной и легкомысленной девчонке.
Тяжелый серебряный поднос на маленьком столике у входа был завален письмами с соболезнованиями. Снимая перчатки и отдавая их своей горничной Эмильен, Мари-Анж попросила ту проветрить рабочий кабинет мужа и отнести туда всю корреспонденцию. Задумавшись, она прошла в большую гостиную, где все было убрано и аккуратно лежало на своих местах, так что у матери не было повода упрекнуть ее в неряшливости. Иногда Мари-Анж специально оставляла вещи валяющимися в беспорядке, чтобы позлить мать. Ее нудные проповеди докучали ей.
Рабочий кабинет мужа был единственной комнатой в этой огромной квартире, где еще чувствовалось его присутствие, и она могла объективно осмыслить происшедшее. Мари-Анж впервые столкнулась со смертью близкого человека, и эта ужасная действительность вызывала у нее беспокойство и страх. В то же время она с горечью признавалась себе, что никогда не испытывала настоящей любви к мужу. Ей даже казалось, что скучная пустота, поселившаяся в ее душе, является естественным состоянием каждого, кто оказывается в таком же положении. Может быть, смерть не столь ужасна?
Я старалась любить его так, думала она, что он не мог заподозрить неискренность моих чувств, но, хотя это и странно, он никогда еще не был мне так близок, как после своей смерти. Я постоянно ощущаю его незримое присутствие рядом с собой, и меня все время мучает сознание вины перед ним. Ведь должна же существовать загробная жизнь или нечто подобное, где каждому придется ответить за все на последнем суде. Лично я предпочитаю никогда ни во что не вмешиваться, ничего не видеть и не знать. Но, кажется, я слишком увлеклась своими мыслями. Поль любил повторять, что только бездельники находят время рассуждать о себе. Интересно, чем же теперь занимается мой муж?
Она задумчиво провела пальцем по черному мрамору камина, и на ее бледном лице появилась слабая, едва заметная улыбка. Стены кабинета были отделаны дорогими тканями, а широкие гардины закрывали окна таким образом, что свет почти не проникал внутрь. Гармоничное сочетание старинной мебели со множеством разнообразных комнатных растений, представлявших всю гамму оттенков зеленого цвета, и большой абажур из опалового стекла создавали особый уют. Поль любил предметы старины, давно отслужившие свой срок и вышедшие из употребления. На столе красовался массивный кубок, из которого торчали две курительные трубки и сломанные перьевые ручки, лежали новые книги, стояла фотография в серебряной рамке, на которой весело смеялась восемнадцатилетняя Мари-Анж.
Присутствие мужа сейчас казалось столь ощутимым, что ей уже начинало казаться, будто он вовсе не умер, а сейчас войдет и сядет в свое кресло. Вздрогнув от этой мысли, она решила поскорей избавиться от иллюзии, которая уже начинала мучить ее. Этот кабинет постоянно болезненно напоминал Мари-Анж о Поле. Время не спешило развеять нахлынувшую на нее после его похорон тоску. Вместе с тем она понимала, что только здесь может предаваться воспоминаниям об их прошлой совместной жизни и только в этой комнате ослабевало странное чувство вины, которое она испытывала после смерти мужа.
