Правда, российские СМИ радостно галдят о «традиционно дружественных отношениях России и Турции», в то время как две страны провели шесть или семь кровопролитных войн между собой.
Не знаю, что там думает ВВП, предполагаю, что почти то же самое, что и я сейчас высказал, однако вечером 28 июня произошел теракт в аэропорту имени Ататюрка в Стамбуле, и у президента Путина теперь есть, что называется в просторечии «отмазка», для разговора с Эрдоганом по телефону. А не надо бы.
Во внезапном письме Эрдогана к президенту России, через семь месяцев после преступления турецкой армии против российского самолета, не следует искать раскаяния или внезапного наплыва чувств. Это холодная, трезво рассчитанная комбинация. Эрдоган дозировал «сочувствие», не позволяя ему перейти в «извинение». Поскольку Эрдоган сознает, что за его поведением пристально наблюдают США, благоволение которых ему хотелось бы вернуть. А мы только средство в этой его игре.
Забегая вперед батьки в пекло, заглядывая в будущее, уверен, что нормальные отношения с Турцией у нас не восстановятся. По той простой причине, что наши национальные интересы противоположны турецким. Ну и ничего страшного! Со всеми мил не будешь! Политика России не может и не будет зависеть от давления, скажем, туристического лобби, от лобби помидорного или строительного.
Эрдоган совсем недавно пытался претворить в жизнь свои мечты о возрождении Османской империи, носился с неоосманизмом, турки тихо наглели и зарились на Туркмению и Кавказ, пытались туда войти, засылали туда эмиссаров очень успешно. Но не случилось, судьба поворачивается к ним задницей.
Судьбе нужно помочь. Турцию нужно навсегда укоротить, урезать до размеров неопасной туристической страны, пусть смотрят за пляжами и блюдут отельный бизнес. Нужно добиваться создания курдского государства, и тогда больше не будет на Ближнем Востоке турецкой проблемы.
Я не знаю, простил ли президент России невыносимого Эрдогана. Надеюсь, что нет.
Я знаю, что мы с вами его не простили.
Мы не суд и не Следственный комитет, поэтому оставим вопросы виновности и невиновности за пределами этого размышления. И меня и тебя, читатель, интересует человек – Алексей Владимирович Пичугин.
Если рассмотреть его фотографии сквозь годы, то явственно заметно, что он тает как свечка. Черты лица становятся зыбкими, неуверенными, глаза потухают. Потухли уже, чего там, потухли.
Еще бы глазам не потухнуть! Пичугин находится за решеткой уже 13 лет, ему постепенно набавляли тюремного заключения, начав с двадцатки, с августа 2007-го у него пожизненное, и отбывает его Пичугин в печально знаменитой ИК под душераздирающим названием «Черный дельфин», близ городка Соль-Илецк в Оренбургской области.
И вот 4 июля вдруг, встревоженный в «Твиттере», вопиет к миру МБХ – Михаил Борисович Ходорковский, – из «Черного дельфина» исчез заключенный Алексей Пичугин.
МБХ можно понять.
Алексей Пичугин до своего ареста 19 июня 2003 года исполнял обязанности главы отдела внутренней экономической безопасности нефтяной компании ЮКОС.
Трогательна эта «экономическая безопасность», если знаешь биографию Пичугина.
А она вот какова.
Родился в 1962 году в Орехово-Зуеве, городе с традициями рабочей борьбы. Это важно, там полно памятников рабочей борьбы – маленький Леша ходил мимо этих памятников и запоминал истории о несгибаемых революционерах, без сомнения, так оно и было.
Учился в высшем командном училище МВД в Новосибирске. Это, несмотря на местонахождение – Новосибирск, было элитное заведение, оттуда вышло немало больших милицейско-полицейских шишек, министр МВД Казахстана, например, один из них.
В 1986 году поступил в школу КГБ СССР в том же Новосибирске. С 1987 года служил в! (восклицательный знак) Управлении военной контрразведки КГБ СССР, затем в ФСК. Во всех этих почтенных заведениях Пичугин ходил мимо бесчисленных портретов и бюстов рыцаря революции Феликса Эдмундовича Дзержинского, и я уверен, относился к его памяти с трепетом и почитанием.
Свидетельствую, что портреты Дзержинского висели во всех кабинетах следователей ФСБ, где меня допрашивали в 2001–2002 годах, они Дзержинского почитают как Бога, и он для них пример, но не революционера, а правоохранителя. Вот так.
Уволился Пичугин в 1994 году, в чине майора, потому что служить стало некому.
Тут пауза.
Вспомним другого майора, нынешнего президента РФ – В. В. Путина. Тот уволился из КГБ несколькими годами раньше, по той же причине: служить стало некому. Путин пошел служить Собчаку, подымающемуся боссу Ленинграда-Петербурга. У чекиста должен быть впереди почитаемый им командир, когда командир исчезает или дискредитирует себя, то чекист вынужден найти себе командира. Путин нашел Собчака и присягнул ему на десяток лет.
Алексей Пичугин нашел Ходорковского. Впрочем, вначале он работал в службе безопасности банка «Менатеп», у Платона Лебедева, рядом то есть. А в 1998-м стал руководителем этой самой внутренней экономической безопасности ЮКОСа.
