В оный день, когда над миром новым
Бог склонял лицо свое, тогда
Солнце останавливали Словом,
Словом разрушали города.
И орел не взмахивал крылами,
Звезды жались в ужасе к луне,
Если, точно розовое пламя,
Слово проплывало в вышине.
А для низкой жизни были числа,
Как домашний подъяремный скот,
Потому что все оттенки смысла
Умное число передает.
Патриарх седой, себе под руку
Покоривший и добро и зло,
Не решаясь обратиться к звуку,
Тростью на песке чертил число.
Но забыли мы, что осиянно
Только Слово средь земных тревог,
И в Евангелии от Иоанна
Сказано, что Слово — это Бог.
Мы ему поставили пределом
Скудные пределы естества,
И, как пчелы в улье опустелом,
Дурно пахнут мертвые слова.
Посмотрите, с какой необыкновенной, почти герметической, пророческой ясностью сказано в стихотворении Н.Гумилева «Слово»: «Если, точно розовое пламя, Слово проплывало в вышине»… Не о днях ли Творения сказано?
Когда Господь созидал Мир, то Словом Своим, пламенеющим алым светом Он запечатлел незыблемые законы на изменчивых плоскостях материи; этим Словом Он утвердил Вечнонеизменное среди тленного и недолговечного.
Слово как отражение своего Создателя, пусть и забытого за «скудными пределами естества» и за так называемыми «естественными потребностями», имеет в себе и Человек.
Время от времени Оно — бесконечный Логос, Отец и Мать всего сущего — пробуждалось в ком-нибудь из смертных, чтобы обновить мир. Великие чудодеяния свершались тогда. Словом Гермеса, законами Моисея, мистической песнью Орфея, Христовой проповедью — до сих пор в духовном смысле питается и живет Человечество.
Какова же эта невероятная сила, это могучее Слово, которое гневно пробуждает Человеческую совесть и одновременно взывает к прекрасному? Логосом назовем Его, Осирисом Египтян, Отцом Христиан, и все это будет верно.
Однако созерцание Божественной Природы слова (Divina Substantia, согласно Второму Аркану Магии) и размышление над его происхождением — слишком глубокая тема, чтобы раскрыть ее в рамках раздела, посвященного его целительной силе.
Проницательный читатель поймет, что если врачевание словом было отнесено египтянами и к психическому методу лечения, и даже к магнетическому, а не только к ментальному и теургическому, то слово — это именно то, что нисходит с Небес на Землю и снова восходит на Небо, принимая силу как высших, так и низших областей Мира.
Слово принято воспринимать на слух. Уже было сказано, что уши, принимающие в себя слово, есть эссенциальный орган Человека, находящийся в сообщении со всеми Планами его организма.
Таким образом, и слово — эссенциальная лечебная сила, которая в зависимости от своего наполнения может носить магнетический, психический, ментальный или чисто теургический характер.
Поскольку сила слова — всепроникающая, она действует согласно Закону Кватернера (Закону Сфинкса), и только от нашей «целительной интерпретации» зависит, какая часть этого кватернера будет в большей или меньшей степени задействована.
Какие же силы несет в себе подлинное целительное слово?
Можно сделать такое определение: «Слово есть кватернер ВЕРЫ, ВОЛИ, ВООБРАЖЕНИЯ и ОСТОРОЖНОСТИ, вращающийся вокруг квинтэссенции ЛЮБВИ».
Вдумаемся: обладают ли силой слова, которые мы произносим, но в которые не верим? Конечно нет. Может ли слово, наполненное даже самой глубокой верой, дать что-то внешнему миру (исцеление, например), если оно произносится без должного волевого наполнения? Воля и вера неотделимы друг от друга.
Наконец, воля рождается на основе предварительного анализа фактов, поступающих из окружающего мира (мы должны знать, к чему именно следует применить нашу волю, чтобы вдохнуть в это «нечто» веру, а следовательно — исцеление и жизнь). Такой анализ — сопоставление объективно существующих фактов и выводы, сделанные из них, есть воображение. Однако говорить что-то, не учитывая последствия, производимые сказанным, и не продумывая произносимое раньше, чем оно станет физическим фактом, есть просто легкомыслие или болтливость. Поэтому четвертое качество, второе «ХЭ» кватернера Слова есть PRUDENTIA Девятого Аркана, или осторожность.
