Священная война полностью

Топот сотен ног усиливался с их приближением, и вскоре я оказался погребенным под огромной кучей тараканов. За друзей, находившихся внутри места силы, я не переживал, но все равно по откату взрывался Возмездием, чтобы сдержать агро на себе. Ярость не использовал, чтобы не убить Патрика и прочих живых. На разгребание кучи ушло больше часа, а когда давление снизилось, и я сумел подняться, перед моими глазами развернулась следующая картина.

Огр Бабангида, размахивая огромным молотом, пытался нанести хоть единицу урона одному из баракат, повисших на мне. Рядом с ним тем же самым занимался титан Бомбовоз, не уступавший огру в росте.

Также в таракана тыкали раскаленными иглами две полуметровые куклы: соломенная и тряпичная, фамильяры колдуна «джу-джу» Йеми. Я впервые видел подобный класс в бою — магия лидера «Йорубы» основывалась на болезнях и проклятиях, а также на сильных фамильярах. В данный момент Йеми прокачивал самую слабую ветку. Как бы смешно ни выглядели куклы рядом с мобами тысячного уровня, они наносили урон! Очевидно, фамильяры игнорировали штрафы на разницу в уровнях.

Патрик, понимая, что смерть может стать для него окончательной, выцыганил у Ириты низкоуровневый лук и прокачивал стрельбу с безопасного расстояния. Рядом с ним скучковались рейнджи: гном-нежить Краулер, использующий шанс подтянуть отстающие школы магии; боевой маг-вампир Франциска с уже упомянутым Йеми и охотник на демонов Дьюла, азартно осваивающий новые приемы пальбы из арбалета, пока я пробивал путь на Террастеру, Ирита снабдила его мощными болтами.

Дрались весело и под музыку. Гитарные рифы, которые Инфект обрушивал на баракат, не наносили урона и не замедляли, как должны были, зато помогали мне агрить мобов со всей округи. Бард освоил важное Коварное вступление, перенаправляющее агро на кого угодно, и выбрал целью меня.

Все, что мне оставалось, — это стоять под кислотным дождем и стучать по наглым тараканьим мордам всеми видами оружия, какие оказались в наличии. Безоружный бой застыл на сотом уровне первого ранга, урон я наносил Отражением, точечными вливаниями чумной энергии и возмездия — так что глупо было не использовать момент для прокачки одноручных и двуручных мечей, дробящего оружия, кинжалов и копий, топоров и лука.

Улучшение оружейных навыков шло не так быстро, как в начале освоения Лахарийской пустыни, но это понятно — баракаты превосходили меня всего лишь вдвое, а не в десять раз, как тогда. Стрельба из лука достигла первого ранга, и в выборе пути я не стал изменять себе, снова предпочтя Путь справедливости. Взяв первый уровень нового ранга, я спрятал лук — использовать его под кучей баракат стало неудобно, а кислотный дождь быстро убивал оружие. Поэтому я и менял его каждые пять минут.

Кое-как я все же умудрился наделать свитков Чумной ярости, а вот с Возмездием то же самое не прокатило. Способности Спящих хоть и выводились в списке доступных, но шанс на их Начертание равнялся нулю.

Мой мешок заполнился внутренностями, кровью и жвалами баракат — настроенное на подбор всего Притяжение работало как надо. «Йоруба» получит свою треть, когда все закончится.

Но главное, прокачивалась Устойчивость. Группа тоже росла в уровнях, и к тому моменту, когда поток баракат иссяк, мой главный защитный навык, не зависящий от богов, взял третий ранг, а сам я выбрал путь, успешно испробованный в Бездне:

Путь невозмутимости

Вы полностью игнорируете любой урон в первые 3 секунды боя.

К шипению падающих капель кислотного дождя добавились новые звуки. Что-то громадное двигалось сюда — не топот ног, а шкворчание масла на сковороде. Загрохотали рушащиеся каменные деревья, а потом явился виновник.

Поглощающая плоть, Матерая далезма 1084 уровня

Солитоид

Локальный босс

— Ну и мерзкая же тварь, — сплюнул Патрик, глядя на явившегося монстра.

Десятиметровая «улитка», похоже, была дальним родственником тараканов. Панцирь босса распался на две половины, сзади вывалился мощный сегментированный хвост, который выстрелил, пробив во мне дыру и напрочь лишив ребер. В меня безо всякого вреда влилась тонна яда, но после этого верхняя часть тела осталась держаться на одном позвоночнике.

— Это босс! — взревел Бабангида. — Боги щедры!

— Не ори «гоп», Ба! — скривился Йеми. — Такая тварь может оказаться Скифу не по зубам.

— Ха! — ухмыльнулся Бомбовоз. — Инфект, зажигай!

Мои друзья и трое из «Йорубы» к этому моменту перескочили через четырехсотый уровень, Дьюла преодолел трехсотый, О’Грейди и Ирита приближались к двухсотому. Легкость, с которой сыпались новые уровни, опьяняла всех, особенно непривычных к такому африканцев. Немудрено, что, увидев босса и предвкушая Первое убийство, ребята обрадовались.