Вы чувствуете, что потеряли связь со своим сердцем, что в суете жизни от вас уходит что-то важное, что-то, ради чего вы и затевали всю эту суету? Возможно, как считают авторы этой книги, причина в том, что вы выпали из Священного романа, Автором и главным Героем которого является Сам Господь, и пытаетесь создать свою собственную историю, которой, как вы надеетесь, будете управлять лишь вы. Но поступая таким образом вы лишь отдаляетесь от Бога и попадаете на «ярмарку тщеславия», где становитесь игрушкой в руках главного врага Бога и христиан — сатаны.
Если сердце томится жаждой — эту жажду пробудило в нем прикосновение Божье.
После нескольких лет духовного путешествия, после того как волны предчувствий чего-то чудесного, с которых начинается любое странствие, начали убывать в середине жизни, посвященной служению и бизнесу, мы стали слышать голос, сопровождающий любое наше занятие. «За всем этим что-то теряется, — говорит он. — Есть нечто большее».
Голос часто раздается в середине ночи или ранним утром, когда наши сердца наиболее уязвимы и бесконтрольны. Поначалу мы ошибаемся относительно источника этого голоса и делаем вывод, что это всего лишь наше воображение. Мы взбиваем подушку, переворачиваемся на другой бок и снова засыпаем. Дни, недели, даже месяцы проходят, и голос снова обращается к нам: «Разве тебя не мучит жажда? Прислушайся к своему сердцу. Ты что-то теряешь».
Мы прислушиваемся и отчетливо слышим… вздох. И за этим вздохом скрывается что-то опасное, что-то, что кажется фальшью и предательством по отношению к той религии, которой мы служим. Глубоко внутри мы чувствуем страсть, которая грозит нарушить наш привычный образ жизни; она кажется безрассудной и дикой. Озадаченные, мы разворачиваемся и быстро уходим прочь, как женщина, испытывающая более сильные чувства, чем ей хотелось бы, когда ее глаза встречаются с глазами мужчины, который ей не муж.
Мы говорим себе, что этот тихий, страстный голос здесь лишний, он и появился-то потому, что мы не были достаточно прилежными в служении Богу. Наш пастор, кажется, согласен с этой оценкой и убеждает нас с кафедры быть более праведными. Мы пытаемся заглушить голос внешней активностью, удваивая наши усилия в христианском служении. Мы присоединяемся к какой-нибудь группе и начинаем читать книгу о том, как сделать нашу молитвенную жизнь более эффективной. Или готовимся войти в церковную группу, занимающуюся евангелизацией. Мы говорим сами себе, что болезнь духа, от которой мы страдаем, даже когда занимаемся религиозной деятельностью, — это признак нашей духовной незрелости, и мы браним свое сердце за недостаток пыла.
Немного спустя голос отваживается говорить в нашем сердце снова, на этот раз более настойчиво. «Послушай, ты что-то теряешь за всем этим. Ты страстно желаешь какой-то истории любви, какого-то приключения. Ты был создан для чего-то большего. И знаешь об этом».
Когда молодой пророк Самуил услышал голос Божий, взывающий к нему в ночи, он получил совет от своего наставника, Илии, как ответить на этот призыв. Но даже и в этом случае только с третьего раза он понял, что это был голос Бога. И вместо того чтобы игнорировать или упрекать этот голос, Самуил наконец выслушал его.
В нашем современном прагматичном мире мы часто не имеем таких наставников, поэтому не понимаем, что это Господь говорит с нами в нашем сердце. Из-за того что мы долго не имели понятия о наших внутренних устремлениях, нам не удается узнать голос Того, Кто взывает к нам через них. Смущенные продолжающимся противодействием своего сердца праведной христианской жизни, некоторые из нас заглушают голос, запирая свое сердце на чердаке, питая его лишь хлебом и водой обязанностей и обязательств, пока оно совсем не умрет, а голос не станет тихим и слабым. Но иногда по ночам, когда наша защита не так сильна, мы по-прежнему слышим, как он взывает к нам, но настолько слабо, что это похоже на еле слышный шепот. Однако наступает утро, и заботы нового дня требуют нашего внимания, звуки плача затихают, и мы поздравляем себя с окончательной победой над плотью.
Остальные же соглашаются дать своему сердцу жизнь на стороне, лишь бы только оно оставило нас в покое и перестало смущать своими жалобами. Мы пытаемся уйти с головой в работу или придумываем себе хобби (и то и другое вскоре становится чем-то вроде наркотика); мы заводим интрижку, или превращаем нашу жизнь в полноцветную фантазию, заполняя ее дешевыми романами или порнографией. Мы научаемся получать удовольствие от грязных интриг и сплетен. И пытаемся удостовериться, что держим достаточную дистанцию с остальными, и даже со своим собственным сердцем, чтобы скрывать от самого себя практический агностицизм, в котором живем, отчего наша внутренняя жизнь находится в постоянном разладе с жизнью внешней. Усмирив этим свое сердце, мы тем не менее вынуждены прекратить наше духовное путешествие, потому что сердце больше не с нами. Оно связано небольшими поблажками, которые мы даем ему, чтобы всегда держать под контролем.