Я подошла сзади и, обняв сидевшую в кресле Юлю и прошептав на ухо: «Я люблю тебя. Пока, удачи, созвонимся», – направилась к выходу. Выйдя из кинотеатра на улицу, спустилась в подземный переход и через минуту уже садилась в свою машину, оставленную на парковке у кафе «Весна». С оплатой за парковку стали наводить порядок, но, как всегда бывает у нас, сделав первый шаг, мы долго, а иногда и вообще никогда не делаем второй. На въезде поставили автомат, выдающий талон, но деньги за пользование стоянкой всё равно с тебя берёт дядечка, выходящий из своей будки. Недаром нашу пословицу «Русский долго запрягает, но быстро едет» иностранцы изменили, и теперь она гласит: «Русский долго запрягает, а потом часто вообще никуда не едет». И действительно, наши депутаты месяцами, а иногда и годами могут принимать закон, биться насмерть на трибуне перед объективом кинокамер, показывая тем самым свою бурную деятельность, а потом – Бац! – и этот закон либо устарел и потому не работает, либо он вообще никому не нужен и исполнять его никто не собирается.
С этими мыслями я выехала на Новый Арбат, быстро доехала до кинотеатра «Художественный», нырнула в туннель, чтобы развернуться в обратную сторону и… встала. Из динамиков радио лилась информация, подтверждающая и без того известную истину, что в пятницу, вечером, да ещё в первых числах мая Кутузовский в сторону области просто по определению не может быть свободным. Другое дело депутаты, чиновники, не говоря уж о первых лицах, для кого Кутузовский всегда будет свободным, включая выходные, праздники, в любое время суток 360 дней в году.
Так как я не относилась ни к одной из этих категорий, как, собственно, и сотни тысяч других людей, сидящих в данный момент в своих автомобилях, то я понимала – двигаться будем медленно, скучно и долго. До торгового центра «Времена года», стала прикидывать я, километра четыре, мы двигаемся в среднем со скоростью 5-10 км в час, значит, в дороге я буду минут пятьдесят.
«Мда, весело начинается вечерок знакомства», – подумала я и стала вертеть головой по сторонам, пытаясь как-то отвлечься от скуки. Несмотря на то, что почти девяносто процентов зданий, тянувшихся вдоль проспекта, были построены ещё в 50-60-х годах прошлого века и имеют не самый, если не сказать больше, современный вид, ночной Арбат, в отличие от дневного, конечно, впечатляет! Особенно сейчас, за несколько дней до празднования Девятого мая. Ночной Арбат залит огнями реклам всевозможных кафе и ресторанов, бутиков и магазинов, аптек и салонов связи, подсветкой зданий, офисов и отелей. Ночной Арбат всегда манит и завораживает своей жизнью, своим ритмом, своими возможностями, надеждами и мечтами.
Десятки кафе и ресторанов предложат меню на любой вкус. Здесь ты услышишь людей, разговаривающих на многих языках дальнего и ближнего зарубежья, языках дружественных стран и не очень, а иногда, и совсем недружественных, но почему-то гостеприимно принимаемых нами. Некоторые из них звучат всё громче, иногда, я бы сказала, наглее и настойчивее, что мне лично не нравится.
Слева от меня медленно проплывал знаменитый и когда-то очень популярный, знавший куда более лучшие времена, развлекательный центр «Арбат». Его фасад, стилизованный под корабль с большими красно-белыми палубными трубами, с иллюминаторами и огромным якорем на борту, омывали, освещая сине-белыми барашками волн, изогнутые иллюминационные трубки. Казалось, что корабль движется навстречу потоку машин или машины движутся ему навстречу. Но это была лишь иллюзия движения.
Перпендикулярно пересекая Новый Арбат, под нами лежало Садовое кольцо, сомкнув свои концы в девятибалльной пробке. Казалось, нескончаемые потоки автомобилей, тянущиеся слева направо, от Смоленской площади до Новинского бульвара и от начала Нового Арбата за моей спиной до Кутузовского проспекта впереди меня, ставили большой, светящийся от света фар крест на наших надеждах когда-нибудь попасть в пункт назначения. Самые нетерпеливые водители отрывисто сигналили, свет фар их авто, словно стаи гончих собак с нервным лаем, потерявшие след, выискивали свободный клочок асфальта, чтобы занять его, и оказаться на метр впереди. Другие, наоборот, словно смирившись со своей участью, жили обычной жизнью – кто-то звонил, читал книгу, смотрел фильм, ужинал, выходил из машины покурить, разминая затёкшие ноги и спину, кто-то ругался или, наоборот, целовался со своей женой, любовницей, а иногда и со случайной попутчицей. Двух-трёхчасовое стояние в пробке порой было способно перевести попутчицу в разряд любовницы.
