Улыбка отца Патрика Донована была видна даже под хирургической маской, широкая, от уха до уха. Глазам его предстала покоящаяся в ковчеге аккуратно сложенная горстка человеческих останков.
Шарлотта первой протянула руку и провела кончиками пальцев вдоль бедренной кости.
– Форма у них просто удивительная.
Про себя она подумала, что хотела бы, чтоб ее кости выглядели так же хорошо, когда придет ее время. То, что ее вызвали с другого конца света для этого, показался сейчас жестокой шуткой. Но в конце концов, единственным ее спасением от страшных прогнозов была работа. И хватит об этом!
Заинтригованный Берсеи резко обернулся к Доновану:
– Чьи это останки?
– Полной уверенности у нас нет… – Хранитель библиотеки старался не смотреть доктору в глаза. – Именно это и явилось причиной вашего приезда: надо помочь установить подлинность и идентичность скелета. Как я говорил недавно, Ватикан не обладает профессиональными ресурсами для анализа такого уникального артефакта. Вот почему вас обоих пригласили. – Руками в перчатках он деликатно коснулся края оссуария и вновь загляделся на останки. – У нас есть причина верить, что эта удивительная реликвия может помочь нам более глубоко понять исторический контекст Библии.
– Каким именно образом? – спросила Шарлотта. Она предпочитала, чтобы с ней говорили прямо.
Взгляд Донована буквально прилип к костям.
– Этого мы не узнаем до тех пор, пока не установим возраст образца, не определим причину смерти методами судебной экспертизы и не попробуем воссоздать внешний вид.
Берсеи замер в нерешительности, чувствуя, что те же чувства обуревают и Шарлотту. Священник что-то недоговаривал.
– Большая часть успеха в изучении памятников древности кроется в знании особенностей их происхождения. Вам известно что-то конкретное об этом оссуарий? Откуда он взялся? Из археологического раскопа?
Донован покачал головой и, наконец подняв на них глаза, выпрямился.
– Нам предоставили кое-какие данные. Вы же понимаете, с такой находкой необходимо обращаться крайне осторожно, поскольку стоимость ее высока.
На лице Шарлотты застыло недоумение. Они заманили сюда двух видных ученых для подтверждения подлинности останков, заставив их подписать документ о неразглашении. Очевидно, Ватикан твердо убежден, что оссуарий и его содержимое подлинные. Иначе ради чего они взвалили на себя такие сложности и расходы?
– Мы проведем всестороннее исследование, – заверил священника Берсеи. – Комплексный лабораторный анализ. Физическую реконструкцию. Все, что полагается. – Он перевел взгляд на Шарлотту.
– А я сделаю радиоуглеродный анализ и составлю обобщенный генетический профиль, – добавила она. – Фантастический экземпляр. Насколько я могу судить по первому впечатлению, вы сделали прекрасное приобретение. Уверена, что результаты будут потрясающие.
– Замечательно! – явно довольный, воскликнул Донован. – Пожалуйста, дайте мне знать, когда будете готовы доложить о полученных результатах. Если это возможно, я хотел бы в течение ближайших нескольких дней представить предварительный доклад.
Ученые переглянулись.
– Договорились, – сказал Берсеи.
Донован снял перчатки, маску и халат.
– Прошу вас держать меня в курсе дела. Связаться со мной можно по интеркому, – он указал на маленькую панель управления у входа, – или позвонить по местному телефону два-один-один-четыре. – Донован взглянул на свои часы, они показывали двенадцать минут седьмого. – О, уже поздно. Давайте считать этот день полноценным рабочим днем, а завтра с утра вы приступите к работе с новыми силами. Скажем, часов в восемь?
Шарлотта и Берсеи кивнули.
– Доктор Хеннеси, вам не довелось осмотреть собор, когда вы приехали? – поинтересовался священник.
– Нет.
– Будучи в Ватикане, в первую очередь надо взглянуть на его сердце и душу. Это ни с чем не сравнимо. Многие говорят – это словно заглянуть на минутку в рай.
– Он прав, – поддакнул Берсеи.
– Хотите посмотреть прямо сейчас?
Глаза Шарлотты загорелись:
– Если у вас найдется для меня время, я с удовольствием.
– Скоро уже закрытие, так что посетителей не должно быть много. Джованни, не составите нам компанию?
– Простите, но я должен вернуться домой, к жене, – застенчиво отказался итальянец. – Она обещала приготовить на обед оссобуко.[14] – Берсеи наклонился к Шарлотте и прошептал достаточно громко, чтобы Донован услышал: – Вы в хороших руках. Лучшего гида вам не сыскать. Никто не знает Ватикан так, как он.
Над западной частью Рима заходило солнце. Нежный ветерок шевелил листву кипарисов. Легко шагая рядом с отцом Донованом, Шарлотта наслаждалась благоуханием сада, казалось впитавшим ароматы всех цветов мира.
– А скажите, доктор Хеннеси, теперь, когда вы увидели мощи, что вы думаете о нашем проекте?
– Признаться, это не совсем то, что я предполагала. – Шарлотта недоговаривала. Человеческие останки показались ей не совсем типичным приобретением Ватиканского музея. А смотритель библиотеки – не вполне подходящей кандидатурой для коллекционера такого рода вещей. – Хотя… я была приятно удивлена, – добавила она. – Предстоит захватывающая работа.
