Эти вселяющие ужас познания совершенно не вязались с мягким, интеллигентным обликом Джованни. Шарлотта глубоко вздохнула.
Скрестив на груди руки, Берсеи немного помолчал, собираясь с мыслями.
– Особенность распятия в том, что ни один из этапов казни не является смертельным для жертвы, – продолжил он. – Смерть наступает в результате обширной, тотальной травмы. Бичевание, сажание на кол, открытое воздействие стихии… Все эти факторы вносят свой губительный вклад. В зависимости от состояния здоровья жертвы смерть могла наступить спустя несколько дней.
Шарлотта не могла представить себе людей, подвергнутых столь жестокой каре. Так же непостижима была для нее и увлеченность Берсеи, с которой он делился своими знаниями в этой области. Ей претила сама мысль, что людям, наверное, свойственно проявлять любопытство к такого рода вещам.
– И мы уже установили, что этот человек обладал необычайным здоровьем…
– Да, – кивнул Берсеи. – Обнаруженные нами повреждения ребер наводят на предположение о том, что он должен был погибнуть вследствие одного только бичевания. Его кожу и мышечную структуру разодрали в клочья, обнажив внутренние органы. Просто невероятно, где этот человек черпал силы: ведь страдания его были ужасны. Из этого я сделал окончательный вывод.
В ожидании того, что последует дальше, у Шарлотты защемило сердце.
– Если приговоренный не отдавал богу душу достаточно быстро, – продолжил Берсеи, – его кончину ускоряли: несчастному ломали колени железной дубинкой.
Шарлотта сразу же вообразила эту картину, и ее колени задрожали.
– Как у нашего… – проговорила она. С трудом сохраняя выдержку, Шарлотта попробовала сделать вывод о последствиях финальной стадии наказания. – Без поддержки ног нагрузка от веса всего тела падала на грудную клетку. Поэтому грудные хрящи оказались порваны?
– Именно так. Со сдавленными легкими жертва отчаянно боролась за каждый вздох. А в это время та малая часть крови, что у нее оставалась, начинала скапливаться в ногах и нижней части туловища.
– А затем наступала смерть от удушья и остановки сердца, правильно?
– Правильно. Обезвоживание и травмы тоже способствуют ускорению процесса. – Он помедлил и скривил губы. – Жертву держали на кресте несколько дней, до тех пор, пока не наступала смерть. Боль она испытывала невыносимую.
– А потом?
– Труп сбрасывали на землю на съедение стервятникам, собакам и другим хищникам. То, что оставалось после них, сжигалось. Римляне в этом плане были весьма методичны. Последняя стадия усиливала впечатление от казни. Запрет должным образом хоронить преступников – это серьезный удар по всем вероисповеданиям тех времен. Сжигая тела, римляне фактически лишали жертв шанса на возможную загробную жизнь, реинкарнацию или же воскрешение.
– И впрямь высшая мера. – Шарлотта уставилась в пол.
– Да уж. Тело уничтожалось полностью.
– Люди, наверное, до смерти пугались, когда видели все это. Жуть-то какая: идешь по дороге, а вдоль нее столбы с телами распятых. Страшная кара.
– Римская демонстрация силы. Конечно же, это оставляло мощное впечатление… Зато держало в узде порабощенных налогоплательщиков.
В подсобке ненадолго воцарилась тишина.
– Кто этот человек, как вы думаете? – наконец спросила Шарлотта.
– Ну, еще пока рано говорить. – Берсеи пожал плечами и покачал головой. – Может, просто один из тысяч, распятых римлянами. Правда, единственное, что находили из останков распятых ранее, это пяточная кость, пробитая сбоку гвоздем. Сам факт, что перед нами отлично и полностью сохранившиеся останки распятого тела, делает находку реликвией невероятной ценности.
– Вот для чего Ватикан пустился во все тяжкие, чтобы заполучить нас сюда.
– Совершенно верно. Очень даже логично. Такие находки называют основополагающими.
– Но ведь мы только сегодня вскрыли оссуарий, а если он был запечатан, каким образом они узнали, что человек из него был распят? Откуда они знали, что им понадобится ваша экспертиза?
Берсеи задумался над ее словами.
– То, что позвали меня, неудивительно. Столько лет проработав в римских катакомбах, я нашел много скелетов, много останков и реликвий, имеющих отношение к погребениям. Ну а что касается вас… Думаю, мне незачем говорить вам, что анализ ДНК при исследовании человеческих останков – мощный инструмент. Но давайте отложим теории, пока не изучим оссуарий до конца. Ведь кости могут поведать нам лишь часть истории.
Через крошечную кладовку в конце коридора, в который выходила дверь лаборатории, проходил пучок кабелей, передающих информацию на жесткий диск компьютера – изображение и звук «реального видео» из лаборатории и смежной с ней подсобки. Нацепив наушники и подключившись к аппаратуре наблюдения, Сальваторе Конти прилежно записывал каждый шаг ученых, как велел ему Государственный секретарь Ватикана кардинал Сантелли.
