«А если псих? Надо еще раз спросить у Кости, с чем там лежал Бачурин. Неужели не скажет? Дело-то нешуточное...» У священника промелькнула какая-то смутная мысль.
– Вы как хотите, а я пошел своих собирать, – решительно сплюнул отдышавшийся от бега и полный желания поквитаться за свой позор Бугров. – Я ему этого так не оставлю.
– Что, прямо сейчас?! – ужаснулся священник.
– А когда еще? После второго пришествия? – Бугров и впрямь был полон жажды мщения.
– Не надо, Виктор, – покачал головой отец Василий. – Не втягивай в это дело пацанов.
– А что, мне одному?.. – начал отставной капитан и вдруг демонически расхохотался. – Да я и один с ним управлюсь! Тоже мне, крепкий орешек!
Уже привыкший к темноте священник вгляделся в горящие глаза Виктора Сергеевича и понял: с него станется – поедет. Бугров был уже в состоянии полного озверения и накручивал себя все больше.
Отец Василий сделал пару попыток перевести разговор в более конструктивное русло, но капитана как заклинило. Он не собирался отступать. И тогда священник смирился и пошел обходным путем.
– Хорошо, Виктор Сергеевич, ваша взяла, – вздохнул он. – Но только, чур, поедем вместе. А то вы там наделаете делов, а мне потом стыдно будет, что меня рядом не было...
– Какие проблемы?! – молодцевато хмыкнул капитан. – Вместе так вместе. Посмотришь, как я его «сделаю»!
Священник кивнул и подумал, что нападение, похоже, разбудило в нем уснувшую было обиду за не слишком удачные «разборки» на «Зарнице». Они стремительно прошли в церковный двор, и отец Василий с трудом завел своего битого-перебитого «жигуля», сел за руль и только тут понял, что понятия не имеет, куда ехать.
– Давай на Вишенки, – назвал Бугров один из самых элитных районов города. – Там недалеко его коттедж.
Священник кивнул и тронул машину. Он выехал на Московскую, и только тогда до него дошло, что, если они появятся у Бачи вдвоем, тщательно продуманная легенда о раздельных и якобы конкурирующих одна с другой группировках просто не состоится. Но, вместо того чтобы расстроиться, он вдруг почувствовал необычайное облегчение: он принял этот план без особого желания, а теперь хоть врать не придется.
Стоящий на самом отшибе микрорайона Вишенки коттедж был полон огней и шума. «Так... без мордобоя не обойдется...» – крякнул священник, впервые пожалев, что остановил Виктора Сергеевича и не позволил ему собрать своих «орлов».
– Давай, Хохол! Вот молодца! – хохотали за высокой витой оградой парни. – Во дает!!!
Виктор Сергеевич прокашлялся, потерю каждого своего юного «бойца» он переживал очень тяжело.
– Ну что, пошли? – повернулся к нему священник и увидел, как судорожно сжимаются и разжимаются набитые на многочасовых тренировках кулаки главного городского патриота.
Отставной капитан издал странный звук, почти вслепую выбрался из машины и на негнущихся ногах, словно зомби из хренового импортного видеофильма, побрел на путеводные крики. Он был вне себя.
– Витя, подожди меня! – кинулся закрывать дверцы своей пусть и битой, но пока еще хотя бы никем не краденной машины отец Василий. – Витя, не торопись! Ну куда тебя, блин, понесло?!
Он закрыл наконец водительскую дверцу и кинулся вслед. Бугров уже подходил к калитке.
– Куда?! – попытался остановить капитана охраняющий вход бугай, но получил удар в бок и беззвучно повалился на брусчатую дорожку.
Священник побежал. Он перепрыгнул через распростертое у калитки тело охранника, но нагнать Бугрова не успевал, тот уже подходил к импровизированной танцплощадке под огромным навесом.
Отец Василий стремительно окинул взглядом антураж и увидел, что Бача все обустроил «по уму», в строгом соответствии с целевым назначением. Огромная крытая навесом площадка была окаймлена низкими, как в спортзалах, скамейками, и наблюдать за развитием событий в центре можно было с любого места. Что бы там ни происходило: декламация стихов под музыку или дамская борьба по колено в спагетти. Но только сейчас там происходили обычные танцы.
Одетые в легкомысленные распашонки фигуристые девушки с выставленными напоказ пупками энергично двигали бедрами, а меж них сновали все пять или шесть подростков, недавно перекинувшиеся к Баче от Бугрова. Похоже, они и были «героями дня» на этой «концертной площадке». И в самом центре выделывал совершенно недвусмысленные и абсолютно нецеломудренные па а-ля Майкл Джексон тот самый Хохлов. «Группа поддержки» из старших товарищей пила пиво из маленьких импортных бутылок и веселилась вовсю.
– Во Хохол дает! – гоготали они. – А ну, покажи ей, что такое настоящий мужчина!
Естественно, Хохол старался изо всех сил.
Бугров ввалился на площадку и встал в самом центре, как статуя Командора: черный от гнева и загара и страшный своей внутренней непоколебимостью.
Музыка резко стихла, видно, кто-то выключил магнитофон, и ребятишки растерянно заморгали. Увидеть своего бывшего тренера здесь они никак не ожидали.
– Где твой тельник, Хохлов? – каменея на глазах, мрачно поинтересовался Виктор Сергеевич. – Тот, что я тебе выдал?
– Снял, – сглотнув, набычился тот.
– Почему?
