Колыхались на ветру многочисленные стяги и знамена. Но среди них выделялся трезубец Великого князя. От обилия ярких красок и блеска начищенных доспехов рябило в глазах.
И вот корабль причалил к пристани. Торжественно заиграли фанфары, и принцесса сошла на берег. Зрители ахнули. Византийские мастера сумели-таки поразить всех собравшихся красотой и великолепием нарядов принцессы и прибывших с ней патрикий. Владимир двинулся навстречу принцессе, но взор его рыскал по свите в надежде узреть Анну. Ее нигде не было. Принцесса же шла, потупив глаза. Потому они едва не столкнулись и удивленно уставились друг на друга.
– Ты?! – вырвалось у Владимира. – А где же принцесса?
– А где же каган? – не удержалась и Анна.
Оба застыли в полном недоумении. Так и стояли бы неизвестно сколько, если бы не пресвитер Настас.
– На колени! На колени перед принцессой! – воскликнул он громогласно.
Владимир первым послушно опустился на одно колено и протянул Анне руку. Вслед за ним и вся Русь стала на колени, приветствуя в лице принцессы приход новой веры и новой эпохи. Анна первая пришла в себя, сообразив, что Владимир и каган – одно и то же лицо. Она жестом руки попросила встать Великого князя и, едва заметно улыбнувшись, спросила:
– А ты разве не рад меня видеть?
Если принцесса быстро все поняла, то с Владимиром дело обстояло значительно хуже. Он никак не мог взять в толк, что произошло, и невнятно промямлил:
– Тебя подменили? Тебя прислали вместо принцессы?
– А тебе какая разница? – озорно спросила Анна. – Ты меня звал? Вот я и приехала. А ты хотел принцессу?
– Да бог с ней, с принцессой! – наконец-то пришел в себя Владимир.
Он крепко обнял Анну и поцеловал в медовые уста. Сей процедуры ритуалом встречи предусмотрено не было, однако побережье взорвалось овациями. В небо полетели головные уборы, воины загрохотали мечами о щиты. Все ликовали. А Владимир и Анна ничего этого не замечали. Они все еще продолжали целоваться.
Так начались торжества по случаю прибытия принцессы. Потом состоялись и крещение, и венчание. Воссияло с тех пор на Руси православие, а между Русью и Византией установились мир и дружба «на все годы, пока солнце сияет и весь мир стоит».
Острожко прибыл в Херсонес на торговом судне на следующий день после принцессы. Несмотря на все старания, он ничего не смог ни сделать, ни выяснить. Даже найти Анну или Анастасию ему не удалось. Поэтому возвращался он в твердой уверенности, что теперь не сносить ему головы. Явившись к Владимиру, честно признался:
– Казни иль милуй меня, княже, но Анны твоей я не нашел. Как сквозь землю провалилась.
Острожко нисколько не жалел, что вернулся. Конечно, можно было и в бега податься. С его-то опытом, умом и ловкостью не пропал бы он ни в Византии, ни в Риме, ни на востоке. Однако слово значило для него намного больше, чем свобода и даже жизнь. Владимир, ничего не сказав, неожиданно вышел, но вскоре вернулся, и не один, а с принцессой.
– Это, случайно, не она?
Острожко так и застыл как вкопанный. Несмотря на всю свою сообразительность, он не мог ничего понять. Судя по одеянию, перед ним стояла та самая принцесса, из-за которой и разгорелся весь сыр-бор. Но несомненно было и то, что это была та самая Анна, которая приходила к ним на корабль и спасала во время землетрясения. Не могла же византийская принцесса, как простая смертная, бегать с ними по всему Царьграду! Перебрав в уме все возможные объяснения, Острожко нашел только один:
– Подменили…
Владимир и Анна залились веселым смехом.
– Да, ты прав: подменили, – утирая слезы, ответил Великий князь. – Только ты об этом никому не рассказывай. Все равно тебе никто не поверит. Да и зачем? Ты же ведь знаешь, что я хотел именно ее. А Анне так хочется побыть принцессой.
– Хоть царицей египетской, – философски изрек Острожко, наконец-то сообразивший, что его разыграли. – Главное, что ты, княже, получил даже больше, чем хотел.
– Как это? – не понял Владимир.
– Да очень просто: вначале ты хотел только принцессу, а потом только Анну. А потом с моей помощью получил и то и другое, причем в одном лице.
Подождав, пока жених и невеста оценят шутку веселым смехом, Острожко продолжил:
– Я же хочу только одного.
– Чего же?
– Воли.
Владимир с удивлением взглянул на него.
– Зачем она тебе? Ты и так все имеешь и делаешь что хочешь!
– Эх, княже, не был ты в моей шкуре. Тогда бы понял, что воля есть воля! Без нее человек – как скотина безродная. Свиней вон тоже откармливают, да только я не хочу такой жизни. Я хочу быть свободным, как птица. Я хочу, чтобы моя воля принадлежала только мне и Богу. И больше никому: ни боярину, ни купцу, ни воеводе, ни даже тебе, княже.
Анна и Владимир понимающе закивали головами.
– Так тому и быть, – изрек Великий князь, – сейчас же прикажу составить для тебя грамоту.
– Спасибо, княже…
Владимир сделал соответствующие распоряжения и уже через несколько минут вручил Острожко вольную.
– Теперь ты – вольная птица. Куда лететь собрался?
– Пока не знаю.
– Бери все, что захочешь.
