Я обдумываю ответ, но Деклан опережает Джи и меня. — Она не такая. Обычно нам плевать, кто они и сколько папиных денег у них в карманах. Она привлекла наше внимание в ночь, когда на нее напали в нашем клубе.
Я сжимаю кулаки от воспоминаний и подавляю ярость от того, что мы до сих пор не нашли этот кусок дерьма.
Деклан продолжает: — Мы спасли ее от ее бывшего мудака. Наш доктор ее подлечил. Она была в бешенстве, когда очнулась, обматерила нас и убежала. Джованни установил маячок на ее телефон, чтобы убедиться, что с ней все в порядке. Пошел за ней в общежитие. — Он мрачно усмехается, прежде чем выпить рюмку. — Чертова дыра. В общем, мы убедили ее жить с нами и собрали вещи. Сначала она не являлась нашей самой большой поклонницей, но вы видите, чем это закончилось. Мы все с ней в отношениях.
— Чертова дыра? Я видел ваш кампус. Как она оказалась в такой дыре?
Теперь моя очередь мрачно рассмеяться. — Наши отцы поселили ее в захудалом подвале складского здания. Под предлогом, что это всё, что есть, но с тех пор, как она ступила на порог этого кампуса, с ней обращались дерьмово. Пока мы ее не нашли, конечно.
— Ваши отцы иногда бывают настоящими придурками.
Мы все фыркнули. — Иногда? Скорее, все время, — говорю я.
— Я чувствую вражду в рядах? — В его взгляде сквозит любопытство, и это вопрос, на который, знаю, мы должны ответить честно. Я бросаю взгляд на Джи, давая ему ответить. Он закатывает глаза, но выдает более дипломатичный ответ: — Мы всегда знали, что наши отцы — ублюдки, Феликс. Но последние события заставили нас усомниться в их правлении.
Это очень его заинтересовало.
— Не хочешь рассказать поподробнее, Джованни?
Вздохнув, Джи откинулся в кресле. — Мне не хочется разглашать эту информацию, но мы знаем, что вы убьете нас, если мы этого не сделаем. Верно? — Феликс кивает. Капо все еще злится за убийство своего сына, и если бы это сделал кто-то другой, он был бы уже мертв. Единственное, что нас спасает, — это железный контракт, который Феликс подписал, чтобы его сын попал в Синдикат.
Вздохнув, Джованни продолжает: — Они пытались за спинами наших дедов устроить нам браки по расчету. Также вызывает сомнения история с поступлением Бетани в университет. Очевидно, у них разработана целая схема, которая заманивает туда юношей и девушек в схожих с ней по положению. Но никто из них не задерживается надолго. По какой-то причине она единственная студентка со стипендией, продержавшаяся больше месяца. Они заинтересованы в ней, и мы пока не можем понять, в чем дело. Кроме того, у нас нет доступа ко всем записям, что облегчило бы нам жизнь.
Феликс обдумывает ответ, изучая наши различные выражения лиц в поисках хоть какого-нибудь намека на обман. Он, видимо, понял, что мы говорим правду. — У твоего отца и до этого были сомнительные деловые сделки. Как, по-твоему, здесь повесили листовки о вашей школе?
— Подожди. Что? — спросили мы все в унисон. Что происходит?
Феликс кивает. — Да. Вот как моего мальчика приняли в ваши ряды. У них тут было какое-то дело. Попросили развесить листовки, чтобы «разнообразить» университет. Я не поверил ни единому их слову, но подыграл. Моей целью было, чтобы сын поступил, и они легко согласились. Конечно, после того, как я подписал этот нелепый контракт. Мне так и не удалось выяснить их мотивы, но мы все знаем почему. С тех пор, как наш союз распался, ваши отцы пытались навязать мне некоторые маршруты. Честно говоря, я бы предпочел избавиться от них, но они так хорошо защищены, что по сравнению с ними выгляжу как ничтожество. — Он смеется над последней частью, но я не могу сосредоточиться. Мысли вихрем кружатся в голове от этой информации.
— Ну и какое отношение это все имеет к нашему солнышку? — это раздраженный ответ Деклана. Я чувствую, как гнев начинает излучаться от него, когда слышу об этих новых доказательствах.
— Что-то не сходится, — бормочет Джи, взглянув на Феликса. — Феликс, что ты думаешь о тайном союзе?
Я вопросительно смотрю на него. К чему ты клонишь, Джи?
Очевидно, Феликс находится на той же волне, что и я. — Я заинтригован. Продолжай.
Джи обращается ко всем нам. — Все знают, что мы их не любим, так? — Мы все просто киваем и ждем, когда он продолжит. — Очевидно, что тут есть некий план для какой-то игры за власть, на которую они чертовски настроены. Какой именно, мы не знаем. Но можем предположить, что Бетани — главное звено в этом деле. Я недавно взломал сайт Службы защиты детей штата Вашингтон. Увидев, через что ей пришлось пройти…
Он замолкает, собираясь с мыслями, а мы с Декланом остаемся неподвижными. Едва уловимая нить контроля готова оборваться при следующих его словах.