После инициации Йогамайя стала относиться к мужу не только как к гуру, но и как к иште[133]. Она покланялась ему с чанданой (сандаловой пастой) и цветами, подобно тому как преданный покланяется Божествам. У неё теперь не было с мужем интимных телесных отношений.
Однажды Госвамиджи пришёл с ней в Дакшинешвар, чтобы получить даршан Рамакришны Парамахамсы. Рамакришна напутствовал их: «Вы достигли высшего уровня духовности, несмотря на то, что живёте семьёй. Вы придерживаетесь идеала раджи Джанаки. В кали-югу[134]очень трудно жить в соответствии с этим идеалом. Вы благословенны». Затем, посмотрев на Йогамайю, он спросил: «Виджая, как много времени прошло с тех пор, как ты дал ей садхану? Я удивлен, глядя на её сильную энергетику. Её присутствие вызывает у меня ту же бхаву, как присутствие Маха-шакти (Йогамайи).
Спустя некоторое время Госвамиджи с помощью учеников основал ашрам в Гедарии, неподалёку от Дхаки. Он переселился в него вместе с семьёй и начал проповедовать садхану, которую получил от своего гуру. Ему помогало несколько его учеников, проживавших в ашраме, но его главным помощником всегда была Йогамайя Деви. Она обычно готовила и также выполняла другие служения. У неё была такая же сильная привязанность к ученикам мужа, как и к родным детям, и она так же заботилась об их благополучии, как и о своих сыновьях.
Окружающая среда ашрама походила на обстановку древних ашрамов риши[135]. Взаимосвязь между Госвамиджи и Йогамайей тоже напоминали отношения между риши и риши-патни[136] прошлых веков.
Воспоминания очевидца их поведения и манер, с которыми они предавались и поклонялись друг другу, были как-то рассказаны Шримати Йогамайей Гухой, женой ученика Госвамиджи: «Я видела каждый день, как Ма тхакурани входила в одну из комнат с цветами и сандаловой пастой. После неё туда входил Госвамиджи. В это время никто другой не мог к ним войти. Меня разбирало любопытство узнать, что они там делают, и однажды я заглянула в комнату через окно. Я увидела, как Ма сперва поклонилась Госвамиджи. Затем она присела возле него и стала поклоняться ему с цветами и сандаловой пастой. Во время этого обряда из её глаз текли слёзы, а тхакур сидел с закрытыми глазами, неподвижный и серьёзный. Завершив поклонение, она положила что-то съестное своей рукой ему в рот. Затем Госвамиджи осыпал оставшимися цветами голову Ма тхакурани, а её лоб украсил сандаловой пастой. После того, как они, таким образом, провели друг другу пуджу[137], Ма тхакурани вышла из комнаты с остатками еды, отведанной Госвамиджи.
Меня восхитила эта сцена, поскольку они поклонялись друг другу, подобно Шиве и Парвати. Их бхава была так чиста и так возвышена, что она не поддавалась описанию. Увидев их в этом состоянии, я поняла, что значит идеальные отношения между мужем и женой».
Муктакеши Деви рассказывала, что Йогамайя, поклоняясь стопам Госвамиджи, иногда теряла сознание, и тогда Госвамиджи громким воспеванием Харинамы приводил её в чувства.
Однажды Виджая Кришна сказал: «Уровень духовной реализации, на который я поднялся, практикуя аскетизм и длительную садхану, ограничивая потребности в еде и сне, Йогамайе достался легко, простым служением мне».
Как-то раз духовный уровень Йогамайи проявился очень явственно. Это случилось, когда обед был уже приготовлен, и в ашрам пришли десять или двенадцать неурочных гостей, но обитатели ашрама и гости наелись прасада до полного удовлетворения. Йогадживана, сын Йогамайи, и ученики Госвамиджи очень удивились, когда увидели, что все наелись досыта обедом, приготовленным только на десять человек. Тогда Госвамиджи сказал своему сыну: «У твоей матери есть много мистических могуществ, как у богини Аннапурны. Запомни, что между мной и моей женой (ей) нет никаких различий. В ней имеется всё то, что нравится людям во мне».
