Но вместо того чтобы «прийти в познание истины», Вассиан начал засыпать епархиальное начальство доносами. В одном из них, в частности, говорилось, что во время проезда отца Льва через город Орел местные жители, от простых горожанок до дворянок, вставали перед ним на колени и кланялись в ноги. Служивший в Орле полковник Отдельного корпуса жандармов Михаил Николаевич Жемчужников заподозрил неладное - уж не сектант ли отец Лев?
В итоге отца Льва вызвал для объяснений епископ Калужский и Боровский Никанор (Клементьевский, 17871856). Прочитав вслух донесение Жемчужникова, он спросил у иеромонаха:
- Что ты скажешь на это?
- Справедливо оно, но что же мне делать с бестолковыми бабами? - был ответ. - Кланяются, как истукану; а что я не принадлежу ни к секте, ни к расколу, а чисто православный сын Христовой Церкви, в этом не сомневайтесь.
- Объясни же мне, как ты веруешь.
- Извольте, Преосвященнейший владыко, но как благословите объяснить - просто или по-киевски?
Владыка попросил «по-киевски». В ответ отец Лев прочитал Символ веры так, как это делалось в Киево-Печерской лавре - с самой низкой ноты, постепенно повышая голос. Выслушав, епископ поблагодарил отца Льва и оставил у себя в гостях на целую неделю, а провожая после гостевания, плакал...
Но в сентябре 1834 года расположенный к старцу епископ был переведен на Минскую кафедру, а в Калугу прибыл владыка Николай (Соколов, 1780-1851). Он поначалу не обращал внимания на доносы отца Вассиана, который утверждал, что «лянидовщина» (так он именовал старчество отца Льва) губит монастырь. Но мало-помалу обилие этих доносов начало его беспокоить, и в ноябре 1835-го он своим распоряжением перевел отца Льва из отдельной келии, стоявшей на пасеке, в скитскую келию.
К этому переселению отец Лев отнесся благодушно. Просто взял в руки Владимирскую икону Божией Матери и с пением «Достойно есть.» перешел в новое жилище. Остальные вещи вслед за ним перенесли расстроенные ученики. Утешая одного из них, отец Лев писал: «Я почитаю себя спокойным от сих мнимых неприятностей. Я в том уверен, что ничего не может со мной последовать, чего не попустит Бог; а когда что угодно послать Ему за грехи мои, должен принимать с покорностью, ибо от руки Его никуда не избежим». А Промысл судил новое испытание - 2 февраля 1836 года старца переселили уже из скита в саму пустынь, причем с запретом носить схиму и принимать людей. Перевели его в мезонин братского корпуса с крутой лестницей, по которой и молодым взобраться было нелегко. Но когда ученик старца, отец Александр, обратился к нему со словами сочувствия, тот весело ответил:
- Экой ты чудак, Саша-Алексаша! Ты посмотри-ка, тепло-то как! Просто покатывайся с боку на бок. А ты говоришь -неудобно. Да по мне хоть бы на колокольню поместили, только бы тепло было.
Но, видно, недоброжелателям отца Льва этого было мало. Окончательно «добить» его, по их мысли, должен был визит в Оптину митрополита Киевского и Галицкого Филарета (Амфитеатрова, 1779-1857). Главный гонитель отца Льва, отец Вассиан, 17 июня 1837 года специально отправился встречать митрополита на переправу через реку Жиздру - с тем, чтобы уже в дороге вывалить на владыку все свои жалобы. Он и окликнул митрополита, пересекающего Жиздру на плоту, прямо с берега:
- Владыка, благослови!
- Кто это?.. - Митрополит близоруко сощурился.
- Схимник Вассиан, старый твой знакомый. Помнишь?
- Помню, помню, - с ноткой неудовольствия в голосе отозвался Филарет. - Зачем же ты здесь?
- Тебя встретить, владыка, и дорогой побеседовать с тобой.
- А что ж, и вся братия здесь?
- Нет, владыка, я один.
- А что же ты, с благословения настоятеля делаешь мне исключительную встречу?
- А что мне у него благословляться? - заявил Вассиан. - Он ишшо молод.
Владыка грозно нахмурился:
- Ах ты самочинник! Ты как схимник должен быть в своей келье и там меня встречать, если буду, а не буду - должен с благословения настоятеля со мной видеться!..
Вассиан еще пытался возражать, но митрополит просто не стал его слушать - сойдя с плота, сел в экипаж и отправился в монастырь.
С владыкой Филаретом отец Лев был хорошо знаком с давних пор. Но ничем не показал этого, а скромно стоял в толпе других монахов (братии насчитывалось около двухсот человек). Благословив всех, митрополит обратился к настоятелю монастыря отцу Моисею:
- А где же старец отец Леонид? Я его не вижу.
- Да он принял ваше благословение и отправился в свою келию.
- О нет! Попросите его ко мне. Я сейчас хочу с ним видеться.
Послали за старцем. Увидев его, митрополит с улыбкой сказал:
- Ах, отец Леонид, вот где Господь благословил нам в жизни сей видеться. Слава Богу! Я счастлив, что вижу вас.
Отец Лев хотел было поклониться владыке до земли, но Филарет прервал его:
- Куда нам с тобой кланяться? Теперь не до поклонов -прошло то цветущее время...
